– Я сорок лет прозанимался йогой и в совершенстве знаю нужные точки… Арнольд, зови Короля! – каркнул он после секундной паузы.
У бассейна возник длинный, худосочный тип с флейтой и начал наигрывать какую-то заунывную мелодию. Толпа замерла в благоговейном ожидании. Жрецы тем временем поднялись на помост. Старший внимательно оглядел орудия пытки, выбирая подходящее для столь торжественного события. «Пора», – решил я и с силой метнул змеиную башку в бассейн.
Она приводнилась точно посередине, подняв фонтан грязных брызг и вырвав из глоток сатанистов дружный вопль ужаса.
А сам я вскочил на ноги. Прыгнул, как научил дядя Миша, и, очутившись рядом со жрецами, дважды взмахнул «мачете». Отрубленные головы со стуком покатились по помосту. Обильно плесканула кровь из перерезанных артерий. А я, выхватив сверток у медленно оседающего на доски мертвеца, грубо крикнул чертопоклонникам:
– Ваша лавочка закрыта! Отправляйтесь в ад, уроды!!!
Т-р-р… Т-р-р… Т-р-р… Т-р-р-р… – Вкрадчиво застрекотал «Вал» Гуся.
Т-р-р… Т-р-р… Т-р-р… Т-р-р-р… – Вторил ему с тыла Стриж.
Шокированные происшедшим, замершие истуканами нелюди даже не попытались спастись бегством. В результате спустя три минуты с ними было покончено. У помоста громоздилась кровавая «куча-мала». Некоторые тела наверху слабо подергивались в конвульсиях. Наособицу лежал перерезанный очередью флейтист. А из грязного бассейна стеклянно взирала на дохлых почитателей башка «Короля Пещеры»…
«Чтобы «проконтролировать» каждого индивида, придется разбирать кучу.
– И давно ты так? – ледяным тоном осведомился я.
– С тех пор как толпа зашла в пещеру! – безмятежно отозвался боец.
– Пост оставил, – коварно сощурился я.
– Да разве это пост, у мешка с живым говном?! – эмоционально воскликнул Воробей. – Оно лежит тихонько, пикнуть боится. Змеюка уничтожена. Других врагов в подвале больше нет. (Мы с Зябликом специально проверили.) Он (в смысле Зяблик) сказал, что сам справится, когда узнал про камеру…
– Ты взял ее без разрешения, – мой голос не предвещал ничего хорошего."
"– Да, – заметно смутился Воробей, – но… и прямого запрета не было!..