Я этого не люблю, — спокойный тон, но взгляд… казалось, он может убить одним взглядом.
Я осеклась и замолчала.
— Нам нужна привлекательная сотрудница женского пола со знанием французского языка, и вы ею станете. У вас нет выбора, Лиза. Понимаете, о чем я? Два миллиона рублей – слишком большая сумма, чтобы рыпаться.
Я сглотнула и уставилась в чашку с нетронутым кофе. В висках дикой болью пульсировала страшная цифра. Два миллиона рублей. Если родители узнают, сколько задолжала Аля, они точно не смогут этого пережить.
Я смотрела на кофе и с каждым мгновением все больше ненавидела Воровского. Так сильно я не ненавидела даже бывшего мужа. И если перед мужем я испытывала страх, то шантажист Воровский вызывал исключительно холодную ярость.
— В пятницу в наш город прибывает господин Азуле, — его бархатный тон заставил меня вздрогнуть. — К этому времени Анечка поднатаскает вас в делопроизводстве, и мы встретим его, как подобает русским, со всей широтой души: водкой, хлебом-солью и народными танцами. Ваша стажировка продолжится до новогодних каникул, а после вы приступите к выполнению своих прямых обязанностей в офисе господина Азуле.
— А если я откажусь? Что вы сделаете? Продадите мою сестру в рабство?
— И вас вместе с ней.
Мужество меня оставило, и на его место пришла дикая паника.
— Я ничего не понимаю в делопроизводстве! Я переводчик! — чуть не плача, всплеснула руками я.
— Не волнуйтесь, я вас поднатаскаю. - Воровский ослепительно улыбнулся. - Если будете хорошо себя вести, возможно, даже выпишу новогоднюю премию.
Стало нечем дышать. Кровь прилила к щекам, а в горле встал ком. Я не знала, кого ненавижу больше – Воровского, или Алю, втянувшую меня в жуткие неприятности.
— Подпишите договор, Лиза. Но прежде дайте свой паспорт, надо сделать ксерокопию. Аня!
В кабинет, весело стуча каблучками, снова вошла идеальная секретарша.