— Зачем я ему в Москве?! Почему бы ему не отправиться во Францию до десятого января?
— Я не знаю, Лиза…
Воровский отпускает меня и разводит руками. В его взгляде горечь. Я понимаю, что он знает. Просто притворяется, чтобы не будоражить мое воображение еще сильнее.
Мы оба молчим.
Я вздыхаю и таращусь в окно. По-хорошему, ему надо залепить пощечину и покинуть машину. Раз и навсегда. Потому что он с самого начала заставил меня подписать контракт против воли. Но если я это сделаю, мы с ним больше никогда не увидимся.
Я вдруг ловлю себя на мысли, что мне очень страшно от этого «никогда». Пусть Воровский и продажный трейдер, но вчера он предстал в совершенно ином свете. Я увидела в нем мужчину. Сильного, уверенного в себе, галантного. Способного заслонить своей спиной от опасности. Мужчину, которого я бы выбрала, если бы в девятнадцать лет мне не задурил голову Олег. И если я сейчас хлестну Воровского по лицу и уйду, мы никогда не встретимся. Я не узнаю, сможет ли он стать тем самым мужчиной.
Я медлила. Нервно сжимала пальцы с красивым маникюром и смотрела в окно. Меня разрывали противоречия. Уйти, гордо подняв голову, или полететь в Москву?
Воровский осторожно коснулся моей руки. Вздрогнув, я обернулась.
Его взгляд – пронзительный, обжигающий.
— Ты – это все, что у меня есть в настоящем, Лиза. Я не позволю тебе лететь одной. Мы полетим вместе.
Его губы так близко. Я сглатываю.
Сердце начинает бешено стучать от волнения.
Затаив дыхание, он склоняется ко мне. Горячие губы осторожно накрывают мои. Я не могу противостоять этому прикосновению – ведь я его так ждала. Медленно закрываю глаза, и весь остальной мир прекращает существовать. Запах его туалетной воды, терпкий привкус поцелуя – и меня кружит в сладком водовороте. Робко обвиваю его шею руками, едва заметно подаюсь навстречу – и вот, он уже обрушивается на меня со всей мужской страстью. Вдавливает в сидение, неистово гладит мою спину, плечи.
— Я полечу, только если ты будешь рядом, — тихо шепчу свое решение.
— Я буду рядом. Обещаю.