Здесь же, в Кейрнрайане, тоска придавила ее свинцовым грузом. Светило солнце, но было ветрено, и дома вокруг выглядели убогими. Казалось, вот она, конечная станция. Они пересекли страну от края до края, вновь оказались у моря, и пришло время подвести черту.
Возможно, от этого ей и было так грустно: оттого, что они собрались покинуть страну.
В Кейрнрайане был порт. Терри не любила портов.
Все эти дни у нее складывалось впечатление, что у Дениса нет никакого плана, и он стремился лишь убраться на максимальное расстояние от фермы в Йоркшире, где остались тяжело раненный мужчина, женщина и пятилетний ребенок.
«Мой ребенок», – постоянно напоминала себе Терри, но всякий раз пыталась отбросить эту мысль. Она понимала, что Сэмми и его родители протянут в этом амбаре совсем недолго, что еда и питье очень быстро закончатся. Разве не следовало ей, как любящей матери, взять на себя ответственность за них? И неустанно размышлять, искать возможность сообщить о них в полицию? Разве не так поступил бы нормальный человек?
Вместо этого она еще в Йоркшире отдала Денису свой телефон, и тот выбросил его в траву на каком-то пастбище, чтобы полиция не могла отследить их местоположение.
Терри всякий раз утешала себя тем, что скоро они сообщат о них в полицию. Ведь Денис дал слово.
Пару раз, пока они блуждали по дорогам Шотландии, она спрашивала Дениса о его дальнейших планах, но тот лишь нетерпеливо отмахивался.
– Просто закрой рот, ладно? Ты меня с ума сводишь своими расспросами! Скоро все сама узнаешь.
Терри больше не осмеливалась задавать вопросы, но ей хотелось, чтобы Денис поскорее разобрался, чего он хочет. Они оставили Крейнов, мягко говоря, в незавидном положении и уже не могли позволить себе проволочек."
"С прошлого вечера они жили в маленькой гостинице на побережье между Кейрнрайаном и Странрэром, зарегистрировавшись как мистер и миссис Крейн.
Утром за завтраком Денис объявил, что они покинут Англию.