Один раз не выдержала. Ревела и кричала, пытаясь вырваться из рук отца. Желала одного — оказавшись около двери, выбежать на улицу и броситься в объятия Джоса. Надеялась, что он защитит и весь этот кошмар прекратится, но, стоило мне оказаться около двери, как я ощутила удар по голове. Я до сих пор не знала, чем именно папа тогда ударил меня, но я сразу потеряла сознание и рухнула на пол, а когда пришла в себя, папа ясно дал понять, что, если я хоть что-то кому-то скажу лишнее, очень сильно пожалею об этом.
Да и Джос больше не приходил к моему дому, а я до сих пор иногда задавалась вопросом — что сейчас было, если бы я тогда все же сумела бы добежать до Джоса? Каковой сейчас была бы жизнь?
— Почему молчишь? Нечего сказать? — вопросы парня вывели меня из глубины мыслей и я опять посмотрела на него.
— Да. Нечего, — не солгала. Факт в том, что я солгала в суде. Остальное лишь жалкие оправдания. Тем более, уже сейчас я по-настоящему считала, что Матиас сбил ту девушку.
Джос стиснул зубы. Кажется, злился еще сильнее, но ко мне не подходил. Лишь сжигал своим взглядом.
Внезапно к нам подошел дежурный и сказал Джосу, что ему нужно срочно подойти к какому-то преподавателю. Тем более, уже сейчас коридор наполнялся студентами. Разговора не получится. Да и я его не хотела. Джос, думаю, тоже, но все же уходя, он сказал:
— Позже продолжим разговор, — Джос уже отошел на несколько шагов, но почему-то остановился и, обернувшись ко мне, посмотрел на мою руку, скованную гипсом.
Я хотела сказать, что раз он так переживал за Матиаса, то должен был с ним поговорить, но промолчала и поплелась в сторону столовой. Как раз начинался обед и за одним из столиков я увидела Хилда — того парня, которому чуть больше недели назад помогала снимать кеды с дерева. Взяв поднос с едой, я присоединилась к нему, но ели мы довольно быстро.
— Где Алид и Ренир? — спросила у Хилда, когда мы уже покидали столовую. Они не успели поесть в безопасное время, значит, можно считать, что обед пропустили.
— Их задержал дежурный.
Я думала вернуться и взять для парней какой-нибудь еды, но вспомнила правила — нельзя ничего выносить из столовой. Проклятье.