— А он как баран уперся!
— Да не баран я! Но надо же красиво!
Я тихонько посмеиваюсь над их дружеской перебранкой, а потом сама присматриваюсь.
— Давайте оставим так, — говорю я. — Даст Всеблагий, мы ее полностью обновим, она будет сверкать, и выше не нужно будет.
Когда я отхожу, солдаты продолжают спор, только теперь о том, вправо или влево сдвинуть надпись.
Эти мелочи чуть-чуть поднимают настроение. В первую очередь иду к целителям.
Мери уже проснулась, и, когда я вхожу, пьет чай. Орта сидит рядом, положив ладони на руку дочери, как будто боится, чото та вот-вот исчезнет.
— Нира Айтина… — девушка улыбается, хотя на лице явные следы усталости. — Я бы хотела сказать спасибо тебе и пантере. Честно говоря, я ее все еще побаиваюсь, но теперь буду гораздо меньше.
— Я очень рада, что тебе лучше, — беру табурет и присаживаюсь тоже рядом, протягивая Мери небольшой мешочек с цукатами. — Расскажешь?
Она бросает взгляд на мать и пожимает плечами:
— Да я уже все рассказывала генералу, — говорит она. — Зря я тебе не поверила.
— Мы уже с тобой говорили об этом, поэтому просто запомни как опыт. Он же не успел ничего тебе сделать помимо…
— Нет, — Мери мотает головой, — он сказал, что это хорошая идея, сделать иллюзию нас, а самим скрыться в лесу, чтобы никто не помешал, а потом… Он выдул на меня какой-то черный порошок, и я очнулась уже, когда стало совсем темно. Ты же не обижаешься на меня, нира Айтина?
Качаю головой и глажу Мери по волосам:
— Главное, что все закончилось хорошо.
Орта поднимается и обнимает меня, тихо всхлипывая и пряча слезы:
— Что бы мы без тебя делали, — шепчет она, прижимая к себе. — Нам Всеблагий или драконья Праматерь тебя послали, не иначе.
Обнимаю ее в ответ, и мы несколько секунд так и стоим, а потом я иду к штабу. Сама не знаю зачем: Нортон же сказал не лезть.
Не знаю я, кто меня сюда послал и зачем, да еще в такую ситуацию запихнул.
«Какой вариант был, тот и использовали», — отвечает голос в голове.
Так, а вот с этим я так и не разобралась.
«Ты кто?» — так же мысленно спрашиваю я, чтобы никто не подумал, что я сумасшедшая и разговариваю сама с собой.
Хотя… Так оно и есть.