Расстегнутые верхние пуговицы и закатанные манжеты придавали Николо нарочитую небрежность, которая, однако, не скрывала присущую Романо сексуальность.
Вот она-то и приводила девушку в трепет, ибо Мария знала, насколько притягательно действует на нее Николо.
Девушке стоило немалых усилий взять себя в руки и придать голосу учтивую вежливость.
— В телефонном справочнике указано много адресов профессиональных фотографов, способных справиться с твоим заказом. — Мария глубоко вздохнула и медленно продолжила: — Возможно, тебе лучше было бы связаться с кем-нибудь из них.
Его бровь слегка изогнулась, а губы скривились в циничной усмешке.
— Лучше для кого?
Если граф собирается начать игры, я немедленно покину кабинет, подумала девушка.
— Николо… — начала Мария.
— Твоя секретарша заверила, что фотографии будут готовы сегодня вечером, — проговорил граф угрожающе вкрадчивым голосом. — Или ты всегда нарушаешь условия договора?
Профессиональная гордость победила внутреннее сопротивление. Девушка вскинула подбородок и гневно сверкнула глазами.
— Объясни, какие снимки тебе нужны, и я немедленно приступлю к работе.
Романо не шевельнулся, но Мария почувствовала, как напряглись его мышцы от едва сдерживаемого гнева.
— Завтра я возвращаюсь в Нью-Йорк и хотел бы забрать фотографии с собой.
Взгляд Марии потемнел.
— Ты намерен пригласить американских дизайнеров? Разве итальянцы уступают им в мастерстве?
— Я пользуюсь услугами одной и той же фирмы много лет.
Острая боль пронзила Марию. Она с трудом удержалась от крика. Значит, сегодняшний вечер последний, больше им не суждено встретиться.
— Хорошо, — глухо вымолвила девушка, — давай начнем.
Романо подошел к двери.
— Пойдем в сад, пока еще светло.
Он провел Марию к лифту. В тесной кабинке у нее неистово забилось сердце. Предательски задрожала жилка на шее, и девушка с трудом поборола желание прикрыть ее рукой.
Наконец лифт бесшумно остановился на нижнем этаже, и Мария с облегчением вздохнула.
Успокойся, сосредоточься, приказывала она себе, шагая рядом с Николо по просторному залу со стеклянными дверями, через которые они вышли во внутренний дворик, вымощенный керамической плиткой.