– Ладно, подробную мотивацию – вашу и гражданки Полищук – мы выясним позднее, – вмешался Алексей. – Зачем был убит капитан Рыков? Надо ли резать курицу, несущую золотые яйца?
– Он начал подозревать Раю, присматривался к ней. Ему показалась странной пропажа нескольких коробок хлороформа и обезболивающих препаратов, которые предстояло передать в лес. Рая занималась получением этих лекарств.
– Зачем вам понадобились интимные отношения с офицером СМЕРШа? – спросил Березин.
Девушка вздрогнула, ее плечи как-то искривились.
– Его не получилось устранить. Нужно было как-то отвлечь, усыпить бдительность. Он не должен был даже мысли допустить о моей причастности, исключить библиотеку.
– Клавдия Алексеевна, вы понимаете, что вас расстреляют?
Девушка вздрогнула. Пальцы, лежащие на коленях, впились в кожу.
– Но мы можем добиться смягчения вашей участи. Если поможете следствию, вам дадут десять – двенадцать лет. Вы освободитесь еще молодой, сумеете наладить свою жизнь. О реакции ваших единомышленников можете не волноваться.
Она молчала около минуты, потом спросила:
– Что я должна сделать?
– Вы должны нам помочь найти схрон Нестора Бабулы.
– Но я не знаю, где его схрон. Это в Хованском лесу. Я даже примерно не представляю…
Алексей лихорадочно размышлял. Подземный лаз контролируется, но кто в него теперь придет? Гараж накрыли, хату на Северной улице тоже. Нема дурных в Хованском лесу!
– Что вы знаете?
– Я знаю только тайник для связи под Задворней.
– Как все запутано, – прошептал Березин.
– Вам случалось писать послания?
– Да."
"– Отлично. То есть ваш почерк знают.