Впрочем, Алеся на красавчика смотрела без всяческого интереса, наоборот, на пороге прильнула к Гарику, погладив его по истомившемуся за тугой молнией естеству, дав понять, что соскучилась. Гарик мечтал только о том, чтобы непонятно откуда взявшийся красавчик сгинул бесследно, оставив их наедине.
— Знакомься, это Валька Ванюшкин, мой сосед с нижнего этажа, — сказала Алеся. — Забежал в гости, принес пирог, испеченный его мамой. Кстати, он писатель.
— Позвольте представиться. Вольдемар Краевский, — красавчик склонился в полупоклоне, протягивая руку, и Гарик чуть не застонал.
Скорее от желания выпроводить нежданного гостя восвояси, чем от интереса к его персоне он дал писателю свой телефон, пообещав поговорить о литературе и перспективах Краевского в ней. Только попозже. Никак не сейчас.
От Ванюшкина томление Гарика не укрылось, человеком он был понятливым, поэтому ретировался довольно быстро, пообещав зайти позже.
"Спустя пару дней Ванюшкин появился в Алесиной квартире снова, предусмотрительно подгадав, когда ее не было дома. Гарик был один, поэтому позволил втянуть себя в разговор. То ли, чтобы заинтересовать влиятельного издателя, то ли просто потому, что больше ему было не с кем посоветоваться, Валентин Ванюшкин неожиданно и рассказал своему собеседнику о картине Шагала, которая якобы досталась ему в наследство от умершего друга детства.
Прекрасно разбирающийся в искусстве Гарик понял, что нашел золотую жилу. Он сразу решил, что купит картину с достаточным дисконтом, чтобы на ней удалось заработать.
Правда, на условия, предлагаемые Павлом Горенко, Ванюшкин очень долго не соглашался, надеясь сорвать на картине солидный куш. Но Павел не торопился, зная, что в подобной игре всегда побеждает тот, у кого больше терпения.
Их торг по поводу цены Шагала шел почти полгода.