Это мой Галицкий, чуть что, сразу разводится, а твой Гарик — домосед и домостроевец. Ты ж лучше меня знаешь, что для него семья — святое. Ну нравится ему сейчас трахать эту Алесю так, что яйца сжимаются. Тебе что, жалко? Ну еще месяц, ну полгода, ну год… И бросит он ее, попомни мое слово.
— Я этот год не протяну, — проскулила Ольга. — Я жить не хочу. Веришь, каждый день думаю, с крыши кинуться или вены в ванной вскрыть…
— Ну и дура. Ты меня извини, конечно, за грубость, но это так. У тебя сейчас самая жизнь. Гарик делом занят и на сторону бегает.
— А в удовольствие это как? — снова всхлипнула Ольга. — Меня ничего не радует. Ни одежда, ни украшения, ни театры с музеями.
— Мужика заведи, — посоветовала Милена, — сразу интерес к жизни появится.
— Как это, мужика?"
"— Да очень просто. Заведи себе любовника. Он будет тебя в постели ублажать, так что вся дурь из головы вылетит. А что? Чем ты хуже Гарика? Ему можно, а тебе нельзя? Ты знаешь, подруга, я — за женское равноправие.
— А ты что, Галицкому изменяешь, да? — догадалась вдруг Ольга и даже перестала плакать от изумления.
— Конечно, — Милена расхохоталась, видя неподдельное удивление на лице собеседницы. — Ой, Оля, ты все-таки какое-то ископаемое. А еще актриса. Конечно, я ему изменяю. И он мне изменяет, и нас обоих устраивает делать вид, что ничего не происходит. Как в песне, «все хорошо, прекрасная Маркиза».
— А где ты его взяла?
— Кого, Галицкого?
— Нет, любовника… Я вот просто не представляю, где вдруг его можно завести.
— Это вшей можно завести или блох, — покровительственно сказала Милена. — А с мужчинами знакомятся. Я, к примеру, с Воликом познакомилась на литературной ярмарке. Меня туда твой муж затащил, кстати. И я ему теперь за это страшно благодарна.
— Вот, меня он даже на литературные ярмарки не приглашает, — горько сказала Ольга и снова расплакалась.
— Перестань реветь.
— Он что, сюда придет?
— Да, мы договорились тут встретиться. Надо кое-что ему купить. Так что увидишь его и сразу меня поймешь. Ой, Оля, ты бы знала, какой он красавец. Я как его вижу, так сразу между ног мокро становится. А в постели он просто бог.
Ольга подобных разговоров стеснялась, поэтому предпочла перевести тему в более безопасное русло:
— А по профессии он кто?
— Писатель.