Объем работы руководства становится понятен только когда его нет. Алееву Мурату Азатовичу принадлежит одно из крупнейших в стране юридических бюро. Я, как его заместитель могу сказать, «по начинке» таких больше нет. Обычно крутые дядьки арбитраж предпочитают. Всё бабло там. Если хочется риска вкусить, можно ввязаться в спор с государством. Там процент выигрышей ничтожен, и тридцати процентов не составляет, антимонопольная, приставы, налоговая… решения в их пользу принимаются в более чем семидесяти процентов случаев.
- Хочу дело интересненькое. Очень хочу. Я, правда, нормально. Смерть это процесс естественный, как и роды.
Ярк берет телефон, своими тонкими пальчиками тычет по экрану, на мой телефон сообщение падает. Открываю мессенджер и вижу картинку, на которой клоун из «Оно» в знак приветствия ответного машет чьей – то рукой оторванной.
Ярка в голос смеется.
- Я вот так же с утра. Мне так понравилось. Беспричинно. Это ужасно! Но при этом до колик смешно. Почему так? Русь меня скоро в психдиспансер отвезет. Все выходные мы с ним «Следствие вели» смотрели. Как думаешь, кто выбирал?
Глядя на неё нельзя не смеяться. Так было всегда. Когда хочет, она может быть нереальной обаяшкой.
Последующие три с половиной часа она мне помогает с работой.
На одном из перекрёстков в правый бог моей тачки влетает такси. Удар не сильный, но я успеваю и сдохнуть от страха и в состояние бешенства впасть. Так ведь Яра. Именно её дверь помята больше всего.
- Яр, детка, ты как себя чувствуешь? – взглядом её окидываю, всё внутри цепенеет. Она сидит, прикрыв глаза, обе ручонки живот гладят, дышать старается глубоко, но рвано.
- В порядке. Ничего не болит. Испугалась слегка. Не убивай никого, - смотря на её руки дрожащие, не уверен, что могу дать обещание такое.
Приподнимаю взгляд выше, первое вижу – испуганные глаза таксиста. Ну что же, это оправданно. Затем перевожу его на пассажирку такси.