А почему вы спрашиваете?
— Мой дед всё время допивался до такого же состояния, — вздохнул он. — Мы так и не смогли отучить его от бутылки. В итоге из-за пьянства его лишили почётного звания гвардейца Его Императорского Величества. На этом и прервалась наша династия.
— Как это — прервалась? — не понял я. — Вы же сейчас сидите передо мной.
— Я о другом, — помотал головой Севастьянов. — Все мои предки, начиная с восемнадцатого века, служили в качестве гвардейцев. Это звание, можно сказать, передавалось из поколения в поколение.
Я молча посмотрел в глаза Севастьянова. Использовал «анализ», чтобы прослушать, как бьётся его сердце.
Солдат не лгал.
— И вы будете участвовать в турнире, — кивнул я.
— Так вы всё-таки согласны не отправлять меня к другим лекарям? — с надеждой спросил он.
— Согласен. Как я могу отказать такому ярому патриоту? — пожал плечами я. — Это было бы преступлением с моей стороны. Считайте, что допуск у вас уже есть. Вашу ногу я сейчас же приведу в порядок. Без препаратов. Магией.
— Слухи не лгали, — улыбнулся он.
— Помощник лекаря, — поправил его я.
— Для меня — лекарь, — настойчиво повторил Севастьянов.
Я приступил к лечению. Маны у меня осталось совсем немного, но её хватило, чтобы снять воспаление с растянутой грушевидной мышцы и полностью восстановить работу правой ноги."
"Как только Севастьянов почувствовал облегчение, он тут же вскочил со стула и принялся носиться по моему кабинету. Солдат не мог поверить, что его нога пришла в норму. Когда он начал приседать, мне пришлось его остановить.
— Достаточно, Роман Викторович! — попросил я. — Не перегружайте ногу. Сегодня — только покой.
— Но мне нужно тренироваться, — решил поспорить он.
— Если вам нужно тренироваться, то я в таком случае должен вернуться на первый курс лекарской академии, — усмехнулся я. — Не забывайте, что я вижу ваше тело насквозь. Мышцы в идеальном состоянии. Тело крепкое, нервы идеально проводят импульсы. Ваши рефлексы должны быть на высоте.