Дворцовая резиденция Кастора
Дарий сейш Одо, генерал Кешайнской провинции
Ребята приземлились у парадного входа дворцового комплекса, а я решил сразу показать Таисии и Агате самое безопасное место во всём замке — мои личные покои, поэтому долетел до балкона своей спальни. Защитное поле, выставленное двенадцатью сильными драконами из ветви аш Одо, никого сюда не пропускало без моего личного сопровождения. Такая точно защита была на подвалах родового особняка сейш Одо. Почти все наследники пользовались возможностями своего положения.
В метре от балкона обратился в человеческую ипостась и приготовился ловить сразу двух красавиц, но не пришлось. Мне на голову упали яркие снежинки, и я уже догадался, что левитировать никого не придётся, потому как сверху на меня никто не падает!
Из белой холодной вспышки, почти возле балконной двери, показалась серебристоволосая идалия в белых дорогих мехах… На её руках тихо сопела маленькая обладательница такой же дорогущей (даже по меркам наследников!) шубки из шишуги.
Эван сегодня перед вылетом их подарил Тае и Агате. Девочка так обрадовалась… А Таис только спросила: «Какие последствия будет иметь этот подарок?»
«Моя недоверчивая снежная красавица…» — не имея сил отвести взгляд, любовался женщиной.
— Это наш балкон?
— Мой, — отмирая, поспешил открыть дверь в свои покои. — Ваша спальня балкона не имеет. Дополнительные меры безопасности. Проходи. Тебе не тяжело? Всё-таки Агата больше не трёхлетний ребёнок… Может, давай я её понесу?
— Магия держит Агату.
Я постарался не выдавать своей радости, открывая смежную дверь.
— Нет. Вот она… Прошу.
Тая серьёзно посмотрела на меня, но от дальнейших разговоров воздержалась.
«Правильно. Сейчас это не имеет смысла. Пока она не стала моей, я физически не смогу отдалиться от идалии даже на десять метров, когда вокруг нас столько драконов! Так что смежные покои — это ещё по-божески!»
Таис вошла в сапфировые покои, левитацией уложила девочку на постель… и, не церемонясь, схватила меня за рукав, возвращаясь обратно в мою спальню.
— Ты обещал дать мне время, — Тая смотрела на меня без капли возмущения. Разве что с толикой укоризны во взгляде.