Знаешь, его любимую «Смерть от шоколада»? Он уезжает в Центральную Америку, а там нет «Крамбл энд Бейк», а осталось всего два дня и…
– Довольно.
Пальцы Алекса сжали руль, и мой безумный, переполненный гормонами разум обратил внимание, насколько они красивы. Возможно, это звучит как бред, разве пальцы могут быть красивыми? Но у него были. Физически в нем было прекрасно все. Нефритово-зеленые глаза, мерцающие из-под темных бровей, словно осколки айсберга; острый подбородок и элегантные точеные скулы, стройная фигура и густые светло-каштановые волосы, которые казались одновременно взъерошенными и идеально уложенными.
Меня охватило спонтанное детское желание растрепать ему волосы, просто чтобы он перестал выглядеть так идеально – что весьма раздражало нас, простых смертных, – но умирать я пока не планировала и потому держала руки на коленях.
– Если я отвезу тебя в «Крамбл энд Бейк», ты умолкнешь?
Несомненно, он сожалел, что за мной приехал.
Моя улыбка стала еще шире.
– Если хочешь.
Он поджал губы.
– Ладно.
Да!
Ава Чен: Один.
Алекс Волков: Ноль.
Когда мы приехали в пекарню, я отстегнулась и уже собралась открыть дверь, но Алекс схватил меня за руку и усадил обратно на сиденье. Вопреки моим ожиданиям, его прикосновение не было холодным – оно оказалось обжигающим, прожгло мне кожу и мышцы, пока я не почувствовала тепло внизу живота.
Я с трудом сглотнула. Дурацкие гормоны.
– Что? Мы уже опаздываем, и они скоро закрываются.
– Ты не можешь идти в таком виде.
В уголках его губ промелькнул тончайший намек на неодобрение.
– В каком? – смущенно уточнила я. На мне были джинсы и футболка, ничего вызывающего.
Алекс кивнул на мою грудь. Я опустила взгляд и, ужаснувшись, ахнула. Дело в футболке? Белой. Мокрой. Прозрачной. И не слегка прозрачной, когда чуть видны очертания бюстгальтера. Нет, было видно все. Красный кружевной бюстгальтер, твердые соски, – спасибо кондиционеру, – полный набор.
Я сложила руки на груди, а мое лицо стало одного цвета с бюстгальтером.
– И так было все время?
– Да.
– Мог бы сказать.
– Я и сказал. Только что."
"Иногда мне хотелось его придушить. Правда. Хотя я совершенно не жестокий человек. Я – та девочка, которая годами не ела пряничных человечков после просмотра «Шрэка», боясь слопать членов семьи Пряни или, того хуже, самого Пряню, но Алекс чем-то провоцировал мою темную сторону.