Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий

 Он простой инженер, вот и все.

Но больше всего Цкуру любил разглядывать эту станцию с перронов ветки «Джей-Ар»[47]."

"Приходя на Синдзюку, он покупал посадочный билет и поднимался на перроны 9–10. Туда, где останавливались экспрессы дальнего следования[48] – на Ко́фу или Мацумо́то. В отличие от остальных платформ, куда стекаются те, кто сойдет на промежуточных станциях, здесь не так многолюдно, да и поезда прибывают не так часто. Можно сесть на скамейку и спокойно следить за происходящим.

Точно так же, как другие ходят на концерты или в кино, танцуют в клубах, болеют за любимых спортсменов на стадионах или развлекаются «витринным шопингом», Цкуру посещал железнодорожные станции.

Когда выдавалось свободное время, которое некуда деть, он отправлялся один на какую-нибудь платформу. Если не мог успокоиться или хотел что-нибудь хорошенько обдумать, ноги сами несли его к какому-нибудь перрону. Там он садился на скамейку – и мог часами, прихлебывая купленный в киоске кофе, сверять время отхода и прибытия поездов с расписанием в карманном справочнике (который всегда был в его портфеле). В студенческие годы он делал еще и заметки в блокноте – о форме зданий, количестве пассажиров, работе станционных служащих. Но теперь, конечно, больше не занимался всем этим так дотошно.

Очередной экспресс, сбросив скорость, прибывал к перрону. Открывались двери, пассажиры выходили один за другим на перрон. Даже созерцание этой сцены наполняло душу Цкуру гармонией и покоем. А выяснив, что поезд еще и прибыл точно по расписанию, пусть эта станция построена и не им, он испытывал тихую и скромную гордость.

Вот бригада уборщиков проворно забегает в вагоны, собирает мусор, возвращает в вертикальное положение спинки сидений. Смотрители в фуражках и униформе проворно передают вахту сменщикам, и те начинают готовиться ко встрече следующего поезда. Наружные табло вагонов меняют пункт назначения, зажигаются новые номера. Все происходит по секундам, в установленном порядке, без задержек, без лишних движений. Это и есть мир Цкуру Тадзаки.

На вокзале Хельсинки он сделал то же самое. Раздобыв простенький буклет с расписаниями поездов, сел на скамейку и, потягивая кофе из картонного стаканчика, разглядывал прибывающие и отходящие поезда. Сверял с расписанием, откуда пришел и куда уходит очередной состав. Наблюдал, как пассажиры выходят из вагонов и спешат куда-то по платформе. Отслеживал движения станционных смотрителей. И благодаря всему этому постепенно обрел привычный покой.