Белоснежка рядом тоже дрожит и ютится поближе ко мне. Ей в топе и лосинах наверняка очень холодно.
— Тебя как зовут? — спрашивает у меня и легонько толкает плечом.
Оборачиваюсь и смотрю в лицо девушке. У нее очень необычная внешность, определенно заметно смешение кровей. Миндалевидный разрез глаз, да и сама радужка очень темная, я таких глаз и не видела никогда. Брови правильной формы, волосы блестят даже в полумраке тюрьмы. Невероятно красивая девушка и, по всей видимости, из интеллигентной семьи, это понятно по разговору и тому, как она ровно держит спину.
— Соня, — тихо говорю я.
— Очень приятно. А я Аделия. Можно просто Деля.
— Взаимно, — отвечаю я.
Молчим какое-то время, а после к нам приходит мужчина лет тридцати — тридцати пяти. Красивый, высоченный, спина — мама дорогая, глаза — омуты. Это где ж откуда таких красивых в полиции берут?
— Ну что, Сонька Золотая Ручка, пошли каяться? — хмыкает он.
— Я-а?! — ошарашенно спрашиваю я.
Тот окидывает меня взглядом, хмурится:
— Фамилия?
— Бе-белова я, — мямлю еле слышно.
Мужчина смотрит в бумаги, потом усмехается:
— И вправду Сонька, — вперивается взглядом в преступницу и кивает на нее. — Вот эта «Сонька» мне нужна. Ну что, Валюха, снова промышляем незаконными действиями?
— Неведомо, товарищ майор, — весело лепечет она, даже не поднявшись. — Беленькой хапнула и не в себе была. Белочка напала, — и, сделав паузу, глядит на нас: — Или две белочки. А вообще это они на меня напали. У них это, как его? ОПГ* — во!
— Ясно. Валентина — на выход!
— Э-э! — недовольно восклицаю я.
Майор открывает клетку и выпускает Валюху, которая отправляет нам прощальный «чмок», упираясь губами в грязную руку. Бэ-э.
— Чао, куры!
— Бебелова, — коверкает мою фамилию, усмехаясь. — Тебе что сказали? Чтобы отпустить тебя, нужен паспорт. Где твой паспорт, Бебелова?
Да. Круговорот в бюрократии такой: тебя сажают до выяснения обстоятельств. А чтобы их выяснить, нужен паспорт. А паспорт в квартире, там, где Руслан.
Глупо? Знаю…
— Ну что молчишь, Бебелова? Звонить мужу пойдешь?
— Нет мужа, — брякаю я и отворачиваюсь.
— Кольцо есть, мужа нет. Дело ясное, что дело темное. Ладно, Бебелова, загорай пока тут, разберемся с тобой.
Опускаю взгляд и смотрю на кольцо. Пальцы налились отеком, и теперь кольцо не снимается. Сволочь.
— Подождите! — тоненьким голоском произносит Аделия.