"
"- Вот как? Что ж, тогда ладно, - очень легко сдался граф. - Договоримся насчёт тех двух. Деньги я сегодня же перешлю со своим управляющим.
- Картины будут переданы ему сразу же, - ответил художник.
- Буду весьма благодарен.
Можно было уходить, но граф медлил.
- И всё же, очень хорошая картина, - произнёс он, указывая на мой портрет, уже закрытый от чужих глаз. – Леди Розенталь позирует вам в этом кресле? – теперь он указал на кресло, а получилось – прямо на меня, прятавшуюся за шторой.
Мне стоило больших усилий, чтобы не отшатнуться.
- Да, - хмуро сказал господин Эверетт. – Я считаю, здесь самый выигрышный свет – мягкий, рассеянный, но достаточный, чтобы черты лица не выглядели смазанными.
- Несомненно, - подхватил Бранчефорте. – А вот тот подсвечник выглядит, как физиономия демона, - он вдруг рассмеялся – красивым, отлично отрепетированным смехом.
- Что забавного? – господин Эверетт становился всё более и более угрюмым.
- Вспомнилась история про демона и деву из Экбатаны, - доверительно сказал граф. – Помните? Из Священного Писания? В девицу влюбился демон и убивал всех её женихов. Мне сказали, что леди Розенталь потеряла трёх женихов, все умерли перед самой свадьбой. Это правда?
Да он сплетник почище Анны Симпсон и леди Эррол вместе взятых! У меня мучительно зачесалась пятка от неподвижного стояния, и не менее мучительно – правая ладонь, так хотелось влепить графу пощёчину.
- Мне ничего об этом не известно, - отозвался господин Эверетт. – Я человек новый в этом городе.
- Вы здесь уже третий месяц, - любезно напомнил граф.
- Я не слушаю сплетен, - отрезал художник, и я мысленно похвалила его.
Словно в ответ на мои мысли, Бранчефорте тоже снизошёл до похвал:
- Вы правильно делаете, господин Эверетт, - произнёс он очень благодушно.
«Как же, как же!», - мысленно ответила я ему из-за шторки.
- Кстати, - граф уже собирался уходить, но задержался на пороге. – Забыл сказать вам, что король милостиво удовлетворил прошение вашей жены о зачислении вашего старшего сына в гвардейский полк на полное содержание
- Его величество очень добр, - глухо сказал господин Эверетт.