Она попятилась назад и хотела убежать, но мужчина бросился вперед и схватил ее за плечи. Она открыла рот, чтобы позвать на помощь, но не успела – жесткая пощечина остановила ее.
Ее швырнули на холодную землю, и она кожей ощутила росу, покрывшую траву. Ее глаза расширились от ужаса…"
"Мелани стала вырываться, но мужчина нанес ей еще один удар. Он намертво прижал ее руки к земле. Послышался треск рвущейся одежды, и Мелани не смогла сдержать крик…
Она проснулась от собственного крика. Ей не хватало воздуха, она жадно хватала его ртом.
Вдруг дверь распахнулась, и в проеме появилась огромная мужская фигура, которая практически загородила весь вход. Мелани еще сильнее испугалась и попыталась закричать, но крик застрял в горле.
Она сжалась в комочек и забилась в дальний угол кровати. Мужчина включил свет. Александр выглядел встревоженным.
– Что случилось? Почему ты кричала? – Он сел на кровать и протянул к ней руки.
Но она отпрянула от него. В глазах ее заблестели слезы, а губы беззвучно шевелились.
– Не надо, не бойся, – ласково сказал он и похлопал рядом с собой. – Иди сюда, я не сделаю тебе ничего плохого. Это я, Александр. Тебе просто приснился страшный сон.
Она затравленно смотрела на него. Продолжая находиться под властью сна, она не могла вспомнить, кто этот мужчина и почему она находится в незнакомой комнате. Он смотрел на нее нежно, а объятия его обещали защиту, и Мелани, не удержавшись, со сдавленным криком прижалась к его твердой как камень груди.
Александр стал нежно гладить ее по голове и нашептывать на ухо успокаивающие слова. В его объятиях было уютно, и Мелани захотелось в них раствориться. Всхлипывая, она уткнулась ему в шею и ногтями вцепилась в мягкую ткань халата.
– Ну, ну, успокойся, маленькая. Тебе приснился дурной сон, и ты испугалась. Поплачь, легче станет…
Она дрожала. Слезы ручьем сбегали по щекам. Она не знала, сколько времени просидела на коленях у Александра. Наконец, всхлипнув в последний раз, она затихла.
Мелани осторожно подняла голову и заглянула в глаза Александра. Тот смотрел на нее так нежно и заботливо, что ей снова захотелось расплакаться.
– Не надо больше слез, – ласково сказал он.
– Я намочила тебе халат, – прошептала она.
– Пустяки. Он скоро высохнет.