Услыхав последнее заявление, Хуч неожиданно завыл басом. Спустя секунду к его руладе присоединился тоненько-визгливый голос Жюли.
– Ну, ты придумаешь… – прищурилась Зайка. – Отличная шутка: выросшие сосиски. Позволь полюбопытствовать: они что, на дереве висят? Вроде яблок? Или по земле стелются, как кабачки?
Машка захихикала.
– Не надо из меня дуру делать, – надулась Ирка. – Дарь Иванна так сказала! Сначала горошек вытянулся, потом его перцем и луком сдобрили, получилась колбаса.
– Соя! – догадался Кеша. – Теперь понятно.
На лицо Зайки наползло выражение старой девы, увидевшей голого мужчину.
– Соя? Генетически модифицированные бобы? С ума сойти! Никогда…
Я вжала голову в плечи. Ну, сейчас начнется… Хотела как лучше, а получилось как всегда. Ольга покраснела, но договорить не успела – на втором этаже раздался дикий грохот, потом вопль:
– Убили-и-и!
Забыв про злополучный ужин, присутствующие, спотыкаясь об нервно лающих собак, бросились к лестнице.
Глава 23
Крик летел из моей спальни. Я ворвалась в комнату последней и увидела Танюшку, сидящую на полу.
– Что случилось? – воскликнул Кеша.
– Этот урод положил меня мимо кровати, – простонала гостья.
– Я нечаянно, – начал судорожно оправдываться Тёма, – право, не хотел. Вы ничего не сломали?
– Чтоб тебе самому шею погнуть! – прорычала Таня, забираясь на кровать.
И тут раздалась громкая музыка.
– Мать, выключи радио, – велел Кеша, – и вызови доктора, следует сделать рентген.
– У меня в комнате нет ни приемника, ни сидюшника, – напомнила я.
– Что ж тогда играет? – завертела головой Машка.
– Телефон, – подобострастно подсказал Тёма. – Вон он, на коврике валяется.
Желая услужить, мужчина поднял трубку с пола и поднес к своему уху.
– Не трогай! – завизжала Борейко. – Немедленно брось!
Но самозванец уже нажал на клавишу и бодро воскликнул:
– Алло! Здрассти! Кто я? Тёма. Вам кого? Таню? Уж не знаю, сумеет ли подойти, она в кровати. Ой, не орите! Сейчас, сейчас…
Быстро, словно избавляясь от попавшего в руки раскаленного камня, Тёма сунул замершей в ужасе Танюшке трубку, сообщив:
– Это вас.
– Добрый вечер, Сереженька! – прочирикала Танечка. – Ой, солнышко, ты как? Скоро ли вернешься? Жду не дождусь…
Конец фразы оказался недоговоренным, лицо Борейко приняло сначала розовый, потом красный, бордовый, синий и, наконец, фиолетовый оттенок. Я с тревогой смотрела на подругу.
– Кто подошел? – выдавила из себя Татьяна. – Когда? Сейчас? Где? Мужчина? Не было никого!
Я прикусила губу.