— Друзья мои, мы собрались здесь, чтобы перед лицом Господа нашего…
Мэтт Фаррел повернулся и посмотрел в глаза жены. Тед и Кэтрин улыбнулись друг другу.
Сидя в одном из задних рядов, Генрих Хенкельман придвинулся поближе к Флосси Элдридж и взял ее за руку.
От находившегося прямо за ними Вилли Дженкинса не укрылись нежные взгляды, которыми обменялась пожилая парочка, и, толкнув в бок сидящую рядом девочку, он заговорил громким театральным шепотом: . — Голову даю на отсечение, что Хенкельман не согласится на условия преподобного Мэтисона.
Девчушка за словом в карман не полезла:
— Заткнись, Вилли. Я совершенно не понимаю, о чем ты говоришь.
Нимало не смущенный такой реакцией, Вилли продолжал шептать заговорщическим шепотом:
— Мой старший брат рассказал мне, что Мэтисон никому не разрешает целоваться аж до самой свадьбы.
— Подумаешь! Целоваться! — фыркнула девчушка, но на всякий случай отодвинулась подальше.
Глава 86
Вечерний прием в парке вопреки всем ожиданиям Зака был просто великолепен.
Стоя рядом с Мэттом, Зак наблюдал за Джулией, которая танцевала с Гаррисоном Фордом, и с улыбкой вспоминал ее изумленное лицо в тот момент, когда он начинал представлять ей всех тех, кого она когда-то назвала в числе своих любимых актеров. Правда, она очень быстро оправилась от первого потрясения и теперь вела себя с такой изысканной непринужденностью, которой бы справедливо могла гордиться любая самая искушенная светская львица.
— Замечательная свадьба, Зак. — К ним подошел Уоррен Битти с женой. В руке у него была тарелка с закусками. — А еда просто фантастическая. Кстати, как называется эта штука?
— Кажется, ребрышки по-техасски, — сухо ответил Зак. — Или еще что-то из местной кухни.
Битти с женой ушли, а Зак посмотрел на часы и оглянулся по сторонам в поисках своей невесты.
— Она очаровала их всех, — одобрительно улыбнулся Мэтт.
— Особенно Свейзи, — не особенно радостно констатировал Зак, стараясь не обращать внимания на то, как Патрик прижимает Джулию.
— Ты подумай о том, что приходится пережить мне, — сказал Мэтт. — Мередит уже третий танец подряд танцует с Костнером. А она, между прочим, большая поклонница его таланта.
— И наоборот, насколько я могу судить.