Найду — придушу за то, что сердце мне останавливает, а потом будем разговаривать! Вместе к мозгоправу ходить, не только мне он нужен! Куда поперлась ночью?!
Несмотря на выжигающую нутро злость, я удивлялся, как эта девочка не сломалась с таким-то родителем? Бойца из нее растил, долбаный вояка! Друзей не позволял заводить. С парнями Кира не общалась. Никаких походов в лес, детских лагерей, пикников, дискотек, развлечений. Он даже одежду ей выбирал!
Самое дерьмовое, что она могла во мне увидеть отца. От этой мысли застрелиться хотелось… Я тоже давил на нее, срывался, голос повышал.
Короткий звуковой сигнал — оповещение, на почту пришло письмо. Распечатка звонков с телефона Киры. Больше часа пришлось ждать. Взгляд сразу опускается к последнему номеру. Я почти не сомневаюсь, что звонить на него смысла нет.
Гудки пошли. Прихреневаю, поэтому быстро перепроверяю себя, правильно ли вбил номер.
— Да, слушаю вас, — раздается мужской голос. Мне нужно всего несколько секунд, чтобы понять: я этого гаденыша знаю.
— Кира где? — почти спокойно. Но это опасное спокойствие, и этот утырок должен это почувствовать.
— Распечатку получил и решил, что это я ее увез? — хмыкнул в трубку пацан.
Вроде все складно, и хочется верить… но не верю. Этот щенок смотрит на нее и слюной захлебывается. Влюблен по уши. А когда звонок принял, голос спокойно звучал, да и потом с насмешкой разговаривал, словно речь заготовил заранее.
Набрал начальнику безопасности.
— Эдик, ребята твои сегодня друзей Киры допрашивали, — как только он принял вызов. — Александр среди них есть, проверьте его. Знакомых, друзей, родственников. У кого-то должна быть белая приора. Возможно, парень вчера в каршеринг звонил. Понимаю, что это иголка в стоге сена, таких тачек по России тысячи, а у нас ни одной цифры номера, но я уверен, что он что-то скрывает.