После смерти отца она оставила нас, отправившись путешествовать. Больше её никто не видел.
— То есть, как вариант, мне ждать на пороге ещё одну родственницу? — шутливо фыркнул Борис.
— Как вариант, — в тон ему вторила Майя, но секунду спустя стала более серьезной: — Борис, то, что происходит сейчас, вот здесь, сегодня, это не розыгрыш? Мне это не снится?
Борис, оттолкнувшись от края джакузи, подплыл к ней и прикоснулся пальцем сначала к её щеке, потом к губам.
— Мои прикосновения тебе тоже снятся?
— Нет, они очень реальны.
— Тогда почему ты продолжаешь сомневаться? Ты чего-то боишься? Скажи мне сейчас, чтобы потом не было недомолвок.
Взгляд девушки скользнул к кольцу, которое она сняла, когда Борис принёс её к джакузи. Сейчас черный бриллиант сиял, покоясь на столике, стоящем рядом с джакузи.
— Я не сомневаюсь…Наверное, ещё никак не могу прийти в себя. Ты и я…Мы вместе…
— Конечно, вместе! Лично я об этом знал, как только тебя увидел в клубе ""Жерло"". Сразу понял — ты будешь моей!
— Ага, и поэтому похитил меня, грозился изнасиловать и постоянно рычал на меня!
— А ты так и испугалась, забившись в угол! Вон на какой подарок раскрутила!
— Я???? Это ещё на какой?
— Узнаю слова истинной женщины! Ей подарки даришь, а она о них забывает неделю спустя!
— Борис….
— Велосипед теперь у нас за подарок не считается?
— Сандровский, ты!…, - Майя рассмеялась, и на душе стало легче. Подшучивания Бориса ей начинали нравиться. Он находился близко, и она отважилась сделать то, о чем мечтала последние дни.
На самом деле ни одна женщина не дотрагивалась до изувеченной щеки, и для него прикосновение Майи стало неожиданностью.
Но приятной."
"В глубине души он опасался, что шрам вызывает неприязнь у Майи. Это никогда не волновало его, и с Майей он не стал делать акцента на увечье. В его душе что-то дрогнуло, когда он почувствовал, как тонкие пальчики с нежностью прикасаются к ожогу.
— Нет, боли я не чувствую и давно.
Майя потянулась вперед и, приблизившись вплотную к Борису, спросила:
— Можно?…
Он не стал уточнять, на что именно она спрашивает разрешения.
— Конечно.
Зря не уточнил.
Потому что Майя, опустив голову, прикоснулась губами к шраму.
Бориса точно током пронзило. Он и мысли не мог допустить, что у кого-то возникнет желание поцеловать ожог. Тем более, что это сделает любимая женщина.
По телу прошлась дрожь, а в горле запершило.