Ухоженная, без малейшего намека на оставшиеся синяки, с глазами, одновременно смущенными и радостными. Про фигуру, облаченную в узкое платье, он молчал. Возникал вопрос: а не слишком ли он призывно её одел?
Откуда-то возникла потребность дотронуться до девушки, заклеймить своим прикосновением, и он пожалел, что, как оборотни они не оставляют запаха на телах своих женщин. Игорь желал, чтобы на приеме никто не смел прикасаться к ней. Даже мысли подобной не допускал.
Один палец мужчины поддел край трусиков и….
Игоря накрыло.
Так и оказалось.
Он увидел обычный деревянный дом, обитый пластиковым сайдингом, с узкими окнами и крышей, покрытой профлистом. Крыльцо с облезшей краской и требующее ремонта. И молодого человека, высокого, с короткой стрижкой в дешевых джинсах с рынка и кожаной крутке. Он стоял, засунув руки в задние карманы джинсов, и нервно поглядывал на дом.
Послышался шум открывающегося окна, из которого сначала показалась одна нога, обтянутая черными лосинами, потом вторая. Вскоре показалась фигура девушки.
Ева.
Она ловко спрыгнула на землю, прыснула со смеху, зажав рот рукой, потом быстро вскочила, и, пригибаясь, побежала к парню.
Тот поймал её в объятиях и быстро переместил за стоящее рядом дерево.
— Ну, ты даешь! — восхищенно воскликнул он. — Сбежала всё-таки!…
— Ага! — пытаясь отдышаться, ответила Ева и закинула к верху раскрасневшееся от волнения лицо.
— Никто не заметил твоего ухода?
— Нет.
— Тогда иди сюда! Дай я тебя поцелую, смелая ты моя!…
Девушка привставала на цыпочки и подставила губы для поцелуя….
Князь Игорь Сандровский стремительно поднялся, заставив Еву ахнуть от неожиданности. Она никак не могла привыкнуть к его стремительным движениям, по скорости многократно превышающие человеческие.
— И ещё один пункт нашего контракта, дорогая…, - слова вырывались сквозь сжатые зубы. — Держись подальше от мужчин. Замечу хоть кого-то рядом…, - он остановился, удержал угрозу, готовую сорваться, — лучше тебе запомнить мои слова.