Материализовавшийся перед носом красный тубус заставил удивленно вытаращиться на послание. От лорда Рендела они доставлялись в черных, от родных почта приходила в конвертах, а больше мне писать было некому. Я развернула свиток и застонала.
– Что там? – Элла попыталась заглянуть в послание. – Ух ты! Золотые чернила, а какой почерк! Хм… Писала женщина?
– Леди Тиранда желает встретиться со мной в городе. Сегодня вечером, – потрясенно добавила я, памятуя, чем закончилась наша прошлая встреча.
Леди Тиранда обозвала меня звероподобной тварью, недостойной лорда Рендела.
– Надо рассказать лорду Ренделу о приглашении, – уверенно произнесла Элла.
– Блестящий совет! Вернее способа испортить отношения с будущей свекровью не придумать, – проскрипел Зиновий.
Элла вытаращила глаза на артефакт.
– Он в теме!
– Я, милочка моя, не только булочки с пылу с жару по академии доставляю, ни одна горячая сплетня мимо меня не пролетает, – гордо объявил раздаточный пень.
– И что говорят? – робко поинтересовалась я.
– Бродят слухи, что кой-кого уже считают членом рода Аратейр, а кой-кому пришлось проглотить это без соли и без перца. Поперек горлышка новость встала, но потом особа закусила печаль сдобным крендельком и теперь попивает травяной чаек, размышляя, как кое-кого использовать для достижения великой цели.
– Обалдеть! Это же он тебя и леди Тиранду имеет в виду! – воскликнула Элла.
– Обалдевай, догадливая ты наша, – милостиво разрешил Зиновий. – Жуй и обалдевай. Ваши-то давно уже откушали. И, между прочим, говорить о присутствующих в третьем лице невежливо.
На раздаточном пне появились две тарелки с супом и большая миска оладий.
– Чего рот раззявили? Будто меня впервой в работе видите. Бегом суп есть, иначе я чай поверх него плесну.
И плеснет ведь! У него не затрухлеет!
Не мешкая, сцапали суп и заработали ложками; не успели мы вернуть пустые тарелки на пень, как вместо них появились полные до краев кружки ароматного чая.
На встречу с однокурсниками покатились двумя сытыми колобками.