Короткая команда, трюм отборного мата, кулак и дуло бластера. И это сразу бросалось в глаза.
«Похоже, для аграфа старается», – поняла девушка.
– Да, я вас слушаю, – ответила она.
Хуман огляделся и, слегка выбившись из выбранного им для себя делового образа, шагнул вперед и сказал:
– Подруга, тут дело серьезное, может, есть место, где его получится перетереть, не маяча посреди этого музея, – и он обвел рукой.
– Моя ошибка, – согласилась с ним Релая.
Тут она допустила промашку, посмеиваясь над челом, и забыла о том, кто с ним пришёл.
– Пройдемте со мной, – и она указала на двери переговорной, которую использовала, когда этого требовали такие вот, как этот аграф, посетители.
После этого девушка отошла немного в сторону, пропуская вперед брезгливо поглядывающего на нее аграфа и идущую вслед за ним свиту.
«Ну, понятно, кто тут главный», – заметила она, когда охрана оттёрла чела в конец очереди.
«И этот туда же», – подумала она, заметив его взгляд, приклеившийся к ее груди.
Но говорить она ничего не стала, привыкла уже к тому, как ведут себя мужики разных рас в ее присутствии, даже такие «красавчики», как этот чел.
Войдя внутрь, она дождалась, пока все рассядутся, и только потом завела разговор, обращаясь к аграфу.
– Так что привело вас ко мне?
Но тот не обратил на ее слова никакого внимания, лишь как-то гадливо сморщил нос и махнул челу.
– Нам нужно оружие. Пятьсот тяжелых плазменных стационарных орудий. Столько же средних корабельных лазеров. Малые силовые установки, тоже пятьсот штук. И посмотреть, что у вас есть по малым боевым кораблям в наличии.
Хорошо, что Релая умела держать себя в руках. А вот Тырк нет. Да с таким заказом она могла завязать и больше не заниматься своей деятельностью, свалить с этой опостылевшей и набившей оскомину станции и перебраться куда-нибудь в Содружество, прихватив и своего брата.
– Пятьсот тяжелых стационарных бластеров, пятьсот средних лазеров, пятьсот силовых установок и малые боевые корабли. Я вас правильно поняла? – стараясь сохранить хладнокровие, переспросила она.