Шаманка

Неужели он сам предложил вывести девушку на прогулку? Да, паломничество потенциальных невест на Эленмар набирало обороты, но холостых мужчин все еще оставалось очень много. Возможно, основная проблема состояла в том, чтобы найти свою единственную. Раньше мужчина как-то не задумывался над этим, посмеивался над братом, который надышаться не мог на свою Алевтину. Нет, конечно, кадет Верник привлекала и его когда-то, но совсем не так, чтоб потерять от нее голову. То ли дело Саяра. Когда она смотрела на него, в ее глазах он видел космос.

Да что там космос, весь мир для него сужался до одной единственной хрупкой брюнетки. Теперь он хорошо понимал, почему рычал брат, когда рядом с его женой оказывался не связанный с парой мужчина. При этом Дарин имеет все права на свою женщину, а он? Боги, выдержит ли он те знаки внимания, которые его Саяре несомненно станут оказывать мужчины Эленмара? В бездну все условности, он не готов ее потерять! И никогда не будет готов!

- Э-э-м… - девушка явно хотела что-то сказать, но замялась.

Ее голос вывел Аргола из ступора.

Саяра стояла совсем рядом с ним. Такая близкая и такая далекая одновременно, самая желанная женщина вселенной. Он пожирал ее глазами и не мог произнести ни слова.

- Со мной что-то не так? – все же робко поинтересовалась девушка, смущенно опустив взгляд.

- Кроме того, что ты самая красивая женщина? – машинально переспросил Аргол.

- Ч-ч-что? – пушистые темные ресницы взметнулись вверх, а в глазах цвета спелой вишни он увидел удивление.

Испугал? Сказанного не воротишь.

Она не могла его не расслышать.

- Яра… - Аргол осекся и тяжело вздохнул. – Для меня ты самая красивая женщина!

- Значит, мне идет этот сарафан? – кажется, девушка неправильно истолковала его слова. Отчего же, говоря на одном языке, им так сложно понять друг друга?

- Сарафан тебе к лицу, но я говорил не об этом.

- А о чем? – ресницы затрепетали, а на смуглых щеках выступил легкий румянец.

Аргол сделал шаг вперед и встал вплотную к девушке. Обхватив ладонями узкую талию, он притянул Саяру к себе.

Ее полные губки удивленно приоткрылись, обнажая ряд белых мелких зубов, по которым тут же скользнул шаловливый язычок. Выдержать подобное зрелище было выше сил Аргола, и мужчина застонал. Он склонился к сладкому рту и поцеловал, упиваясь каждым прикосновением. Девушка не отстранилась, не оттолкнула, а прижалась еще сильнее, неумело отвечая на его поцелуй.

Аргол целовал ее долго, нежно, зарываясь пальцами в распущенные темные пряди.