Курортный роман закончился, начинается жизнь. А в жизни всегда есть место подвигу, как сказал классик, но нет места сентиментальным переживаниям, как давно уже решил для себя я. Надеюсь, что мы больше никогда не встретимся.
Он открыл дверцу, и Люда неожиданно для себя схватила его за руку:
— Подожди. Это все?
— Хочешь поужинать вместе? — усмехнулся Валентин. — Не выйдет. Теперь уже не выйдет. Ну все, прощай.
— Нет. — Она покачала головой.
Но он уже вылез из ее «Тойоты», не морщась, подставил лицо дождю и мягко захлопнул за собой дверцу.
— Господи, да что же это я? Да, он прав: глупая история…
…Муж встретил Люду в прихожей, дрожащими руками принял еще не распакованные сумки. До встречи с Валентином она так и не успела заехать домой. И только теперь вспомнила, что еще вчеpa беззаботно лежала в шезлонге на солнечном пляже и думала о том, что жить хорошо."
"— Машина под окном, Якушев, — устало сказала она.
— Да-да, я сейчас кофейку сварю, — засуетился муж. Потом сказал виновато: — Видишь ли, я уже выпил.
— Что, ключ в зажигание вставить не сможешь, так руки дрожат? — усмехнулась Люда, проходя вслед за ним на кухню. — Здесь ехать-то всего три минуты.
— Люда. Я не могу. Мне еще задавить сейчас кого-нибудь не хватало!
— Мандраж, да? А ты знаешь, что сидеть и бояться страшнее всего? Страх проходит, только когда что-то делаешь.
— Ты договорилась? — осторожно спросил он.
— Ладно, черт с ней, с машиной, — не ответила Люда. — Я ее на сигнализацию поставила. Сиди дома, пей, раз помогает.
— Ты договорилась, — уже с уверенностью повторил муж.
— На всякий случай я оставила себе тот конверт.
— Какой конверт? — Он неловко опустил на стол жалобно звякнувшую фарфоровую чашку.
— Тот, с фотографиями. Ты забыл его в кабинете.
— Зачем тебе эти фотографии?
— А затем, чтобы ты не вздумал меня подставлять.
— Ничего, бумаги оформлены, аванс они получили.