Она не успела ни заметить опасности, ни понять, что именно случилось. Какая-то тень метнулась навстречу, ударив кулаком в лицо. От боли Мила упала на колени, заскулила, как собачонка, свернулась в комочек, чтобы избежать следующего удара. Но напавший на нее человек не собирался снова ее бить. Схватив Милу за волосы, он рванул дверь и потащил девушку внутрь.
На какое-то мгновение Миле показалось, что он сейчас вырвет ей все волосы с корнем и она останется лысой. Как ходить на уроки в таком виде? У нее текли слезы, застилая глаза, от чего все вокруг казалось смазанным, нечетким.
Черный капюшон и большие темные очки надежно прятали лицо, нижнюю часть которого скрывала медицинская маска. Рука, держащая ее за волосы, кажется, была в перчатке. Мила перебирала ногами, чтобы облегчить давление на свою несчастную голову.
– Отдай, что взяла, – прошипел непонятный голос, то ли мужской, то ли женский, словно ворона прокаркала. – Отдай, слышишь, сука?
Ответить Мила не успела, потому что из комнаты вылетел грозный, мокрый, остро пахнущий псиной снаряд и, не издав ни единого звука, вцепился злоумышленнику в ногу. Тот, заорав от неожиданности, завертелся юлой, пытаясь оторвать от себя собаку.
– Фу, фу, – закричала она и тоже вцепилась в пса, боясь, что нападавший его задушит или поранит. Она читала, что у ягдтерьеров повышенный болевой порог и отчаянная смелость, переходящая в безрассудство. Конечно, это была охотничья порода, а не собака-охранник, но защищать свою семью эти бесстрашные собаки умели.
Вот и сейчас ее пес даже не рычал, но и не разжимал зубов.