В центре этого человеческого муравейника есть королева — Лара, возле нее больше всего людей и суеты, частично эту суету создает она сама, властным раздраженным тоном раздавая окружающим приказы.
— Лара, Лара, спокойно, — насмешливо произносит Ярослав, подходя к своей протеже. — Люди стараются как могут.
— Плохо стараются, — недовольно отвечает Лара. — Клип — это так важно, а грим мне наложили просто ужасно, и свет выставили так, что я буду настоящей уродиной. Прическу я просила сделать гладкой, а мне назло сделали пышную.
Смотрю на Лару и не понимаю. Она выглядит просто потрясающе, и макияж, и прическа, и волосы. Свет на нее падает так, что кажется, будто она сияющий ангел, только что спустившийся с небес. На Ларе золотое блестящее платье не иначе как какой-нибудь египетской богини. Кажется, Лара любит тему Египта. Заметила, что многие танцоры одеты, а скорее раздеты все в том же стиле.
— Ларочка, ты выглядишь просто великолепно, — подтвердил мои мысли Ярослав. — Ты просто не видишь себя со стороны. И свет лежит отлично. А на нашу постановщицу танцев не обращай внимания. Это она так тебя пытается настроить на боевой лад, чтобы выложилась на полную.
"Шеф все говорит, говорит и говорит комплименты Ларе, да еще таким голосом, прямо воркует. Это дает результат, настроение звёзды повышается, вот она уже и улыбается, смотрит благосклонно на всех… прямо как королева на подданных.
Лара величественно поднимается с места, не без помощи вовремя поданного локтя моего шефа, и говорит, что готова продолжать съемки клипа, она уже отдохнула. Кажется, я сейчас на деле увидела одну из сторон работы продюсера.
Проходя мимо, Лара бросила на меня уничтожающий взгляд, вот, мол, смотри, как меня Ярослав любит и мной восхищается, я его звезда, а ты никто.
После активизации Лары и без того беспокойный муравейник пришел в движение. Было очень интересно наблюдать за процессом съемок, которые, правда, периодически останавливались по техническим причинам или из-за недовольства Лары, режиссера клипа или самого Ярослава, которые требовали переснять непонравившуюся им по тем или иным причинам сцену.