Здесь царит суета, не меньшая, чем, в холле, но здесь все по-особому, с непередаваемой атмосферой творчества, такая суета царила и во время съемок клипа, которые я недавно имела честь лицезреть.
Макс ведет, вещая о своем новом театре, словно заправский экскурсовод, на ходу знакомя нас известными артистами. Но долго экскурсия не продлилась, шеф взял инициативу на себя, признавшись, что с его стороны интерес не праздный, а деловой, хочет мюзикл ставить. Тут уж Орлов так улыбнулся, словно говоря: “Я знал”, и вот уже мужчины увлеченно обсуждают дела, и Макс совершенно забыл о той, чьи мечты так рьяно желал исполнять.
Я еще какое-то время шла за мужчинами, чувствуя себя чужой в этом празднике мужской деловой и местами азартной беседы, где шеф и Макс обсуждали достоинства и недостатки театра для будущего мюзикла. В итоге на меня махнули рукой оба. Начальник отпустил, а Макс позволил самой побродить за кулисами, до начала второго акта.
Ну ладно, скоро уже, наверное, звонок прозвенит.
Без особой цели брожу за сценой, на меня изредка бросают местные работники оценивающие взгляды, но никто не подходит и ничего не говорит. И тут из-за спины мне неожиданно прилетает:
— Так, ну и чего встала? Ставь микрофон на центр.
Мне в руки неизвестный мужчина впихнул стойку с микрофоном, еще и в спину подтолкнул, чтобы я шла ее туда ставить. Мужчина так грозно и возмущенно крикнул, что я несколько оробела, и действительно пошла, куда, сказали, даже не возмутившись. Сработал эффект неожиданности.
"Только поставив стойку в заранее обозначенное крестиком место, я задумалась, а что это вообще было? С кем меня спутали? В вечернем-то платье. Ну да ничего, бывает.
С интересом оглядываюсь. На большой театральной сцене я впервые. Вокруг суетятся люди, спешно меняя декорации.
И тут кто-то громко нецензурно выругался. Люди засуетились и стали спешно убегать со сцены, а я вновь прохлопала момент и растерялась, не сразу поняв, что кулисы открылись, обнажая сцену, не до конца выставленные декорации и, собственно меня.
В зале сидят люди. Большинство мест пустуют, многие еще не вернулись с антракта, но все-таки.
Замерла. Испуганно смотрю на толпу людей, которая вопросительно смотрит на меня. Повстречалась со своей “любимой” фобией лицом к лицу.
Перед глазами заплясали мушки. Крепко вцепилась в стойку микрофона, чтобы не упасть.
В зале совсем тихо на пару мгновений, а затем раздались хлипкие подбадривающие аплодисменты.