Зажав внутри свою истерику в кулак, я встаю, открываю дверь. Сталкиваемся...
Глава 55 - Травма сердечной мышцы
Карл Ильич приспустив очки опять читает мое заявление. Потом читает кратко изложенный проект развития отделения. И снова - заявление.
Прокашливается.
- Руслан... Ты это серьезно написал? - взмахивает заявлением.
- А у меня репутация шутника?
- Почему??
- Пусть Ульяна Карловна Вам свою версию расскажет. Из уважения к Вам, я не хочу трясти ее грязным бельем. Но для меня это крайне оскорбительная ситуация.
- Мне кажется, ты не так понял Ульяну, Руслан.
- Хм. Может быть! - пожимаю плечами. - Но и Вы поймите, я загруженный хирург. Мне некогда понимать посторонних женщин. У руководителя не должно быть пола в принципе! Я хочу работать спокойно, без интриг, шантажа и склок. Мне нужно найти то место, которое будет меня продвигать столь же эффективно, насколько и я его. У меня теперь два больных ребенка. Я должен о них позаботиться в первую очередь. Вам, как любящему отцу, готовому на все ради своего, должны быть понятны мои решения.
Дай мне оборудование, короче, и уйми Ульяну. Вот такой вот простой месседж.
Карл Ильич вставляет лист в шредер. Нажимает кнопку, превращая мое заявление в кучку макулатуры.
Стучит задумчиво пальцами по столу.
- Я, все же настаиваю, что вышло недопонимание. Иди работай, Руслан, - хмурится и стучит пальцами по столу.
- Увы, я не могу. Не могу оперировать в таком состоянии и такой атмосфере, - давлю на него. - Все, что можно отменить, я отменил. Что нельзя - подхватит Владимир Алексеевич. Несколько сложных срочных операций я доведу сам.
Кладу ему на стол дубликат заявления.
- Ты должен был предупредить за месяц. Это написано в твоём трудовом...
- У меня шестьдесят дней отпуска в запасе, в который я не пошел. По-моему, это должно перекрыть.
- Так не делается, Руслан.
- Хорошо. Месяц. Подпишите!
Как раз дотяну первую стадию лечения Никиты.
Лицо Карла Ильича рассерженно вздрагивает. Ставит размашистую подпись.
Окей! Переживу.