Как только сочтут, что мои порывы остыли, и я могу соображать головой, а не членом.
- Средневековье! Я уже говорила?
- Говорила. Но с другой стороны, это сеть связей, дающая тебе возможности, если ты эту сеть юзаешь, будь любезен, ""оплачивай проезд"". Расширяй возможности и связи остальным. Все по-честному. Не хочешь? Значит, не претендуй на то, чтобы пользоваться связями.
- Логично...
Собственно, это же сейчас и происходит со мной.
- Хасанова, вон, уже лет пятнадцать маринуют, пытаясь в эту сеть вплести, - смеётся он.
- Уворачивается?.. - прикусив губу, уточняю я. - От Ульяны Карловны уворачивается?
- Тсс... - оборачиваясь, прижимает палец к губам. - Не будем его палить и обсуждать это вслух. Потому что он, как и положено нам, настоящим подлецам, таки периодически питает надежды семьи на этот брак.
Хм...
Значит, тебе, барину, можно делать вид, что ты чей-то жених, а мне запрещено?!
Я хотя бы ради брата это делаю!
Совесть моя успокаивается.
Но Ульяна Карловна становится мне неприятнее ещё во сто крат. А мне нельзя с ней ссориться, она многое решает сейчас тоже.
Карл Ильич, читает весь анамнез Ника. Периодически поглядывая то на меня, то на Давида.
- А что сказал Хасанов? Вы ему показывали?
- Я ему звонила пару месяцев назад по этому вопросу. На тот момент он сказал, что в отделении нет мест. А так как операция не экстренная и жизни не угрожает... в очередь. А у нас каждый месяц на счету…
- Ясно.
- Большое спасибо! Огромное!!
Кивает.
- Давид, задержись... - намекает, что мне пора выйти.
Собираю быстренько снимки и бумажки.
Выбегаю за дверь.
Почему? Ну, почему мне так сложно было попросить это у Хасанова?
Но почему-то очень сложно.
А ещё потому что стыдно пихать ему дополнительную нагрузку в такой момент, если вдруг не откажет. А Бергман устроит Никиту планово, а не ""сверху'' нагрузки.
Ну и ещё, Хасанов может воспринять наше личное с ним как тактику.