– Я люблю тебя и бежал за тобой…
– Так ты на своих двоих, что ли? – исключительно не вовремя вырвалось у меня.
– На двоих с Роем, – шмыгнул незадачливый жених замерзшим носом. – Три раза портал перестраивали, пока перед каретой не попали. Чуть не задавило!
– Чуть? Так инкуб выжил, – протянула я, и самой стало неловко, сколько разочарования прозвучало в голосе.
– Агнесс, ты ему дашь сказать или нет, – не выдержала Кэтти.
– А нельзя говорить в тепле? – проворчала в ответ. – Весь салон уже выстудил.
– Нет, сначала пусть скажет, что хотел, а потом я подумаю, можно ему греться, или пусть замерзает, – заспорила обиженная невеста.
– Вообще-то, я не рассчитывал, что ты меня не пустишь в карету, – честно признался жених. – Хэллрой уже вернулся в Торстен.
– Тогда хорошо подумай, прежде чем выдать какую-то глупость, – посоветовала я.
– Да помолчи, Агнесс! – рассердилась сестра. – Пусть хоть что-нибудь скажет. В отличие от тебя, я глупости приемлю.
– Знаете? Помолчите обе, а то я уже ног от холода не чувствую.
Что они к пруду привязались? Нормальный пруд, когда по нему не надо рассекать на коньках. Рыба наверняка водится.
– Мы все равно собирались жить в столице, – между тем вдохновенно говорил обмерзающий жених. – Давай просто поженимся!
– Давай! – выдохнула она, обалдевшая от неожиданно вернувшегося счастья, и, радостно пискнув, прижала ко рту ладошку.
– Сейчас, – добавил жених, видимо, отморозив какую-то очень важную часть мозга.
– Сейчас?! – в два голоса воскликнули мы.
– Проснись, Шейн, ночь на дворе, – напомнила я."
"– А все храмовники спят? – вопросительно проговорила Кэтти, словно уточняя, верна ли информация или, может быть, существует где-нибудь по дороге один-единственный священнослужитель, готовый в два часа ночи обвенчать молодых.
– Твоя сестра – ведьма, она способна разбудить кого угодно, даже умертвие, – пробухтел Шейн, забираясь в салон.
– Чародеи не поднимают мертвецов, – сварливо поправила я.
– Да, но храмовника-то ты сможешь с постели поднять? – с надеждой уточнила Кэтти и тут вспомнила: – Я кольцо оставила в замке.
– А я его забрал! – просиял Шейн, вытаскивая украшение из кармана пиджака. – Ристад сказал, что оно твое по праву наследования.
Расплачиваться за срочное венчание пришлось мне, что ни капли не удивляло.