Он положил свою руку поверх моей, показывая, как крепко держать, двигая нашими руками вверх и вниз по всей длине. Я смотрела в восхищении. Мы двигались сильнее и быстрее, чем осмелилась бы я сама. Пальцы Луки между моими складочками тоже терли быстрее, пока я едва могла дышать, пульс застучал в венах. Я была на грани.
— Лука, — я задохнулась, и он щелкнул по клитору, отправляя меня за пределы контроля.
Спазмы проходили сквозь тело, пока я стонала. Моя рука задвигалась еще быстрее, и, издав гортанный рык, Лука кончил.
Я закрыла глаза, слушая грохот его сердца. Лука поцеловал меня в макушку, поразив подобным любовным жестом. Сердце разрывалось от новой надежды. Постепенно наше дыхание замедлилось. Он потянулся за коробкой для салфеток на тумбочке и протянул одну мне, прежде чем вытереться самому.
Он был моим мужем, и все же. Моя мать всегда относилась к сексу как к чему-то, чего желали только мужчины. Женщины просто выполняли свой долг. Лука погладил мою руку, и я решила не думать об этом слишком много.
Я села.
— Ты истекаешь кровью. — Совсем обо всем этом забыла. — Больно?
Лука выглядел совершенно расслабленным, окинув свою рану взглядом.
— Не сильно. Ничего страшного. Я к этому привык.
Я потрогала кожу ниже пореза:"
"— Нужно зашить. Что, если будет заражение?
— Возможно, тебе повезет, и станешь молодой вдовой.
Я подняла на него взгляд:
— Это не смешно.
Не после того, что мы только что делали. Чувство близости к нему было сильнее, чем когда-либо, и мой отец все равно найдет мне нового мужа.
— Если это тебя так беспокоит, почему бы не принести мне аптечку из ванной.
Вскочив с кровати, я бросилась в ванную.
— Где она находится?
— В ящике под раковиной.
Там была не только аптечка первой помощи, но еще около двух десятков комплектов.