Чуть приподнявшись, Тая развязала короткий пояс халата и распахнула его полы. Она приказала себе не думать, что происходит, абстрагироваться. Подобная уловка позволяла ей не раз сохранять разум и пережить насилие.
Как только она оказалась фактически полностью обнажена, дыхание Дарена изменилось — стало более тяжелым, протяжным. Тая снова сглотнула. Пусть она и остается в интимных вопросах наивной дурочкой, не сложно понять, что Дарену понравилось то, что он увидел, и он возбудился.
Тут впору было усмехнуться. Естественно, ему понравилось.
— Ты самая красивая девушка, которую я когда-либо видел.
Ревность змеей заползла под кожу, пустила яд.
— И много… ты видел?
— Чего? — взгляд затуманенный, с поволокой желания.
— Девушек.
— Тая… Не бурчи. Дай себя рассмотреть. Пожалуйста… Ты хотя бы представляешь, насколько ты красива, и я жду не дождусь, когда сделаю тебя своей. Буду иметь право ласкать тебя, как я хочу и где хочу.
— Звучит угрожающе.
— Перестань. Ты же знаешь, я с ума по тебе схожу, девочка ты моя… Дурею от тебя… Дай, потрогаю грудь.
Он тоже знал — трогать Таю до бракосочетания нельзя. А очень хотелось. И ей тогда хотелось…
— Трусы. Тоже снимай.
Она послушалась.
Неуклюже встав на колени, потянула резинку трусиков вниз. Руки дрожали, она надеялась, что на подобную мелочь Дарен не обратит внимания.
Абстрагироваться…
Уйти от реальности…
Снять трусики изящно не получилось, да она к этому и не стремилась. Сказали избавиться, она это и сделала.
— Халат… снять? — она всё же решилась спросить.
— Да.
Его ответ прозвучал с рычащими, вибрирующими нотками. Как там ей говорили про него? Он не человек. Зверь? Не думать… Не злить… Подчиниться.
В то время, когда они близко общались, она и подумать не могла, что он принадлежит к избранной расе, что умеет принимать боевую трансформацию, что владеет древними знаниями.
И что найдутся желающие убрать всех избранных.
Тогда она думала о другом.
Трусики сняты. Остался халат. Она повела плечами, и теплая ткань соскользнула на матрас.
Она так и осталась стоять на коленях, не зная, что предпринять далее. Их с Дареном разделяло расстояние вытянутой руки, и она уловила исходящий от его большого тела терпкий аромат парфюма, перемешанного с собственным запахом мужчины. Мурашки побежали по телу, и они никак не были связаны с возбуждением.