Когда она изящно опустилась на плед и посмотрела на Дарена, у него окончательно сорвало крышу. Да и у какого нормального голодного мужика её не сорвет, если желанная девушка фактически стоит перед ним на коленях, а её лицо находится в области его ширинки, в которой стало безумно тесно? Его член налился кровью, стал каменным, причинял ощутимый дискомфорт, до ломоты в яичках.
Дарен смотрел на губы Таи и сходил с ума. А та, как нарочно, облизнула их. Увлажнила. Кончик языка мелькнул и скрылся, а у Дарена возникло чувство, что его швырнули о каменную стену.
И не удержался.
Грохнулся перед Таей на колени и надавил на губы.
Как же в тот момент ему хотелось ворваться внутрь её влажного горячего рта! Не языком… О нет…
— Кистан…
— Молчи, маленькая, молчи.
Он пугал её. Подсознательно чувствовал, что своими некоторыми выходками, требованиями, высказываниями вводил её в ступор. Но и она была не маленькой, должна была понимать и видеть его голод!
Его дикую жажду.
Его палец скользнул между губ… Вот так… вот так…
Дарен присел на корточки.
Это было выше его сил…
Выше…
Он протянул руку, не замечая, как подрагивают пальцы, и дотронулся до губ спящей Таи. Как когда-то, вечность назад.
Её дыхание было ровным, едва ощутимым. Оно коснулось его кожи и обожгло. Дарен судорожно сглотнул, точно его мучала нестерпимая жажда. Так и было в какой-то степени.
Он был голодным. Смертельно голодным. Жажда тела, ответной реакции от Таи терзала его похлеще любой пыточной камеры.
Дарен нажал большим пальцем на нижнюю губу девушки, и та послушно приоткрылась.
Всевышний, как же Тая сексуальна! Она понимает, как действует на него? Как его колотит от одного её вида.
И он её обязательно переоденет в свои футболки. С завтрашнего же дня, чтобы иметь возможность постоянно любоваться её стройными ножками и шикарными бедрами.
Его палец скользнул внутрь горячего ротика, и в этот момент Тая распахнула глаза.
Синие-синие.
Как и у него."
"Две половинки одного целого. Только как же поздно они, вернее он, это понял.
Тая моргнула и замерла. Попыталась сжать губы, но, почувствовав его палец, снова разомкнула их.
А Дарен, как зачарованный, как плененный, смотрел в синеву её глаз и не мог насмотреться. Тонул и не желал выныривать.