— А что ты обо мне вообще знаешь, Тая?"
"Если бы этот вопрос прозвучал вчера, девушка бы испугалась до чертиков, и у неё возникло бы лишь одно желание — бежать. Сейчас же она заставила себя посмотреть на происходящее с другой стороны — откинуть прочь прошлое.
Есть только настоящее.
Она обернулась и робко улыбнулась.
— Ты прав. Я была глупой. Более того, я же знала, что у нас не по-настоящему.
Желваки на скулах Дарена заиграли, губы плотно сжались.
— Не по-настоящему… Тая, не говори так больше никогда, хорошо? У меня к тебе всё было серьезно.
— Прости…
— И хорош извиняться, мы же уже об этом говорили.
— Я стараюсь… Дарен, я стараюсь. Но… Дай мне время. Хотя бы немного. Пожалуйста. Мне трудно перестроится, осознать, что с твоей стороны не будет мести, что мне надо…
— Черный. Без сахара.
— Что? — её брови сошлись на переносице.
— Я про кофе. Ты спросила какой я любви, я ответил — черный, без сахара.
На этот раз её улыбка вышла более раскованной.
— Надо же… Я тоже такой же люблю.
— А я помню. В кафе такое ты заказывала.
Пришла очередь краснеть Таисии. Всевышний, какой же дурой она была. И ничего с тех пор не изменилось.
— Ты очень внимательный.
— Я просто хотел о тебе всё знать, маленькая.
— Мне вдвойне стыдно…
— Ничего, у тебя будет время исправиться. И узнать все мои привычки.
От его голоса по телу разлилось уже знакомое тепло, и Тая на мгновение прикрыла глаза, выдохнув:
— Я обещаю.
Дарен замер, всё его тело напряглось до максимума, приближаясь к стадии трансформации.
Его девочка так и не поняла, что произошло.
Тая закончила варить кофе и поставила перед ним чашку с ароматным напитком. Сама села напротив.
— Ты мне объяснишь, Дарен?
— Что именно?
— Что произошло.
Он отпил глоток и зажмурился от удовольствия.
— Ты здорово варишь кофе.
— Дарен.
Он забавлялся, а она от этого начинала нервничать.
— Допивай кофе и пошли, погуляем.
Он снова ушёл от темы.
— Погуляем?
— Да.
— Но я думала, что, раз метель — из дома нельзя выходить.
— Тая, если бы это было так, я тут рехнулся бы. Несколько месяцев сидеть взаперти, нет свежего воздуха, это уже попахивает домашним арестом.