Мм… С двумя самыми близкими? То есть, ты уже совсем раскатала губу на Ивана, Майя?..
— О чем думаешь? — муж ловит мой взгляд.
— Пытаюсь представить, что будет дальше, — отвечаю честно.
— Все зависит только от нас.
После супа нам приносят легкий десерт из манго и орешков. Похоже, мы становимся настоящей спортивной семьей.
А когда уходим, Ванька откровенно засыпает. Ивану приходится нести его на руках.
— По-моему, это он в тебя такой соня, — бурчит муженек.
— Он еще ребенок! — ахаю. — Привыкай, папа.
Обмениваемся улыбками.
— Папа… — вдруг повторяет Ванька сквозь сон. — Мы поедем в бассейн?
— Завтра поедем, — с легким напряжением в голосе отвечает Иван.
Но когда усаживает сына в автокресло, чмокает в макушку.
Из машины он тоже несет малыша сам. Дома вызывается раздеть и уложить. Мне кажется, так он пытается привыкнуть, что у него теперь есть ребенок. И узнать его получше, что ли.
Но я только за. Хотя бы кровожадные планы мести он забыл.
Впрочем, мы пока не знаем, как так с тестом произошла подмена.
Пока с мелким возится папа, я переодеваюсь и делаю заказ продуктов домой. Почти закончились овощи и фрукты. Свежего молока бы тоже купить не помешало. Оглядываю холодильник хозяйским взглядом.
Боже, так и я привыкну…
Не слышу, как за спиной раздаются шаги Ивана. Мужские ладони опускаются мне на плечи, и я вздрагиваю.
Мурадов, кажется, усмехнулся. Принимается легонько массировать.
Но реальная дрожь по мне пробегает, когда его губы захватывают мочку.
— Ваня…
Тот отвечает хрипло.
— Хочу остаться с тобой наедине… Обсудить, — он усмехается, — что мы будем делать дальше.
У меня трясутся пальцы. И совсем не от страха. Ну, по крайней мере не в большей степени.
— Мы одни, — напоминаю еле слышно.
— Не так, — муж не согласен, — чтобы нас никто не мог увидеть и услышать. День-два.
Его губы уже на моей шее. Втягивают кожу немного болезненно. Но в меру. Так, как надо.
— Мм… — плавлюсь. — Нам нужно оставить с кем-то сына.
— Кстати, — Иван теперь покусывает мое ушко, — надо бы познакомить его с двоюродным дедушкой.
Глава 16
Иван
Майя напрягается под моими губами. И не от возбуждения. Вопрос родни у нас не самый легкий.
— А родной бабушке ты когда скажешь? — спрашивает еле слышно.
Я решаю не юлить и ответить прямо.
— Позже. Мы много пережили за последние сутки. Пусть мозг немного отдохнет перед еще одним выносом. Понимаешь ведь, мама будет недовольна.