– Ты красотку угости!
Станет девица цвести!
Картошку посмакует
да жарко поцелует!
Ну, Рон, ну, красавчик! Я обратила внимание, что некоторые зеваки начали покидать свои места у ворот. Они улыбались, вертя головами. А когда понимали, что это кричит Рон, направлялись к нашей кибитке.
Народ заглядывал в корзины, удивлялся. Кое-кто покупал и шёл туда, где наливали вино. А потом я услышала такое долгожданное:
– В этой кибитке вкусные круглые штуки с мясом! Эй, добрый человек, а ну-ка дай мне еще!
Я поднесла поднос с шаурмой и, подражая Рону, крикнула:
– Шаурма ароматная!
Вкусная! Громадная!"
"Попадет кусочек в рот
и с ума тебя сведёт!
Несколько минут – и на подносе ничего не осталось.
Я вернулась к столу, сделала ещё немного бургеров и занялась шашлыком. Привычными движениями нанизала мясо на шампуры, устроила их на мангале, после чего снова взялась за шаурму.
Ароматы, распространяющиеся от нашей кибитки, перебивали остальные запахи. Вокруг Рона собирались люди. Если дело пойдёт в таком темпе, я к вечеру упаду под телегу и усну беспробудным сном. Нужно было периодически делать перерывы. Кто хочет, тот дождется своего заказа.
Но даже в это время очередь у «Хитрой свиньи» не расходилась. Народ упорно ждал, попивая вино, эль и сидр.
Первый шашлык разлетелся так быстро, что я и глазом не успела моргнуть.
А еще на кибитке появлялось все больше ленточек. Она уже бросалась в глаза.
Когда я в очередной раз подошла к Рону с партией картофеля-фри, моей руки осторожно коснулись. Это был мужчина в чёрном плаще. Точно в таком же был незнакомец на рыночной площади.
– Можно мне вот это, милая барышня? – он кивнул на бургеры. – Два.
– Да, конечно, – я протянула заказ и взяла деньги. – Приятного аппетита.
– Благодарю, – из-под капюшона на меня взглянули проницательные глаза, в которых плескался интерес.
– Нет, со слугой, – ответила я. Мне стало не по себе. Почему он интересуется? – И с ружьём.
– Это правильно. Плохих людей не меньше, чем хороших, – незнакомец слегка поклонился и отошёл в сторону. Я проводила его взглядом, чувствуя, как сердце в груди делает кульбит. У дерева его ждал еще один мужчина, одетый в такой же чёрный плащ с глубоким капюшоном.