Все это время дежурный звонит вам в кабинет, но ему никто не отвечает, а оперативник отказывается оставлять пакет ему. Так и бодаются до сих пор.
— Ты еще здесь? — возмутился Щербаков. — Оперативника из Истры приведи сюда! — крикнул он вслед Николаю, сорвавшемуся с места.
— Давайте продолжим наши игры, — предложил Гуров. — Алексей, почему вы решили, что исполнителей трое?
— А я, Лев Иванович, график составил, и вот что у меня получилось. Сейчас я вам покажу.
— Ты еще список сотрудников ЧОПа мне дай, — попросил Гуров.
Лукин на минуту исчез за спинами товарищей, потом опять появился с несколькими листками бумаги.
— Нет, в такой обстановке невозможно работать! — возмутился Лев Иванович, забрал документы и сварливо потребовал: — Проскользните уж как-нибудь ко мне поближе!
Пока Лукин и остальные парни играли в пятнашки, чтобы дать возможность Алексею пробраться к Гурову, тот изучал список сотрудников ЧОПа.
Когда в результате нескольких трудоемких манипуляций Лукин наконец-то оказался перед ним, сыщик недовольно пробормотал:
— Вы бы еще в чехарду поиграли.
— Лев Иванович, естественно, у меня не было возможности ознакомиться с самими делами, поэтому я взял за основу информационное письмо министерства и систематизировал все преступления по нескольким признакам, — начал тот.
Он объяснял, и не только Гуров, но и все остальные, включая Щербакова, внимательно слушали.
Когда парень закончил, Лев Иванович согласился с ним:
— Да, вы правы. Исполнителей трое, и квалификация у них именно такая, как вы сказали.
Не успел он это произнести, как в дверях появился Черкасов. С ним был молодой опер из Истры, уже знакомый Гурову и Крячко. Он прижимал к себе большой толстый пакет.
Парень увидел их, явно обрадовался знакомым лицам и обратился к обоим сразу:
— Товарищи полковники, вы меня, может быть, помните? Я лейтенант Прохоров из Истры. Мы с вами вчера утром в Березках вместе были.
— Помним мы тебя, — сказал Крячко. — Ты чего хотел?"
"— Капитан Леонидов поручил мне срочно отвезти генерал-лейтенанту Щербакову пакет, а в его кабинете телефон не отвечает. Он, наверное, уже домой уехал. Может быть, вы у меня его примете, раз начальства нет? А то мне придется нашу машину отпустить и до утра на вокзале у транспортников сидеть, а там мало ли что с пакетом случиться может.
— Я генерал-лейтенант Щербаков, — сказал Владимир Николаевич.