– Ты думал, что приедешь, извинишься, и все будет как раньше? Так вот я тебя удивлю: не будет! Я так больше не хочу! Так что можешь ехать обратно и жить своей прекрасной жизнью, где у тебя все заебись! А я…
– Заебись?! – резко перебивает меня Влад и зло щурится. – Думаешь, я бы притащился сюда за день до нашей первой игры в плей-офф, если бы у меня все было заебись?
Пару секунд мы сверлим взглядами друг друга, а потом он чертыхается и раздраженно взъерошивает волосы, стряхивая с них снежинки.
– Не так, – выдыхает он.
– Взаимно, – бормочу я, чувствуя себя неловко от того, что только что орала на Влада, как последняя истеричка. – Так, как ты меня бесишь, никто больше не может.
Он невесело смеется:
– Ну хоть чем-то я сумел отличиться.
– Не только этим, – я дергаю плечом. – Кроме тебя, мне никто не платил за постельные услуги.
Влад меняется в лице.
– Я не платил. Не за это. Только в клубе тогда, но я не знал… Алин, ты же сейчас это не всерьез?
Я молчу.
– Алина!
– А как еще я должна это была воспринимать? – шепчу я, чувствуя, как к глазам подкатывают слезы. – Ты ведь сам придумал мне эту дурацкую должность после того, как я отказалась спать с тобой за деньги. Разве не для этого все было сделано?
– Тебя бы все равно не взяли к нам на работу, – яростно говорит Влад. – Я у дока спрашивал. Ты бы ушла, а я не хотел, чтобы ты уходила. И да, в тот момент я готов был оставить тебя рядом любой ценой.
– Ты не представляешь, как унизительно было узнать, что ты платишь мне зарплату, – выдыхаю я. – Я и до этого чувствовала себя недостаточно хорошим профессионалом, думала, что надо с сентября пойти учиться, чтобы стать настоящим спортивным врачом, чтобы ты посмотрел на меня как на равную, а оказалось… оказалось, что тебе вообще было на это плевать. Ты просто хотел меня к себе в постель.
– А ты не хотела? – спрашивает он с нажимом.
– Хотела, – я не вижу смысла отпираться, – Но не так. Ты меня очень обидел. Очень.
– Алина, – шепчет он, – я бы никогда в жизни не обидел тебя специально. Я просто не думал…
– Знаю, – тихо говорю я, а сама не могу отвести глаз от его лица, от знакомых белесых шрамов на носу и на брови, от упрямой линии губ. – Влад…
– Да?
– Ты ведь сразу знал, где я. Не верю, что Андрей Юрьевич ничего тебе не сказал.