Фальшивые деньги, поддельные документы, искусственные драгоценности. Фальшивого человека."
"— Ты хочешь сказать, что Ронт может определить, когда человек лжёт? — монаршие глаза смотрели на меня ошеломлённо.
— Да, и это тоже.
— Есть что-то ещё?
— Он может определить, когда человек говорит ложь, которой сам верит. Например, при первой встрече он не слышал нашего разговора, но точно указал на это.
— Я верил в ложь? — король задумчиво нахмурился, видимо, пытаясь вспомнить тот наш разговор.
— Не то чтобы в ложь… Просто в неверные сведения.
— Невероятно. И ему всего тринадцать?! Хотя… королевская кровь… чему я удивляюсь? Но почему об этом не знают в школе?
— Мы специально этого не афишировали. Не хотели, чтобы им, а значит и мной, заинтересовались спецслужбы. Хотя бы до поступления в академию. Это слишком редкая магия. А определение непригодных продуктов — дар полезный, но безопасный.
— Очень редкая магия, — кивнул король, соглашаясь.
— Когда вырастет — пожалуйста, — дёрнула я плечом. — А пока я не хочу, чтобы Ρонт был под колпаком королевских спецслужб. Или, что ещё хуже, чтобы его попытались использовать какие-нибудь криминальные структуры в своих тёмных делах. В отличие от спецслужб, им было бы плевать, что Ронт еще ребёнок. Хотя я и в спецслужбах не до конца уверена.
— Я никому не позволю использовать твоего… сына, — твёрдо пообещал мне король.
— Я тебе верю, — кивнула, глядя в серьёзные глаза мужчины. И тут меня осенило. — Кейденс, я хочу предложить тебе компромисс.
— Снова?
— Да. Первые же сработали.
— Это как посмотреть… Но я готов выслушать, что ты предложишь на этот раз.
— Я выйду за тебя замуж, но…
— Не нравится мне это «но».
— Не перебивай, пожалуйста. Я выйду за тебя сразу же, как только будет пойман тот, кто организовал на тебя и твою семью покушение.
— Дина! — практически простонал король. — Ты хоть понимаешь, что это может затянуться на месяцы. Учитывая, сколько работы моим людям ты сейчас подкинула.
— Я не могу рисковать своими детьми, — я была абсолютно серьёзна. — Допустим, Тропорлайвистава нам можно не бояться, но пока твой враг на свободе — и ты, и твоя семья под угрозой. Прости, но я не для того десять лет сберегала детей, чтобы сейчас подвергнуть их новой опасности.