— Олдвен, так нужно.
— Нет, Кейденс. Я не стану менять сына на твою невесту. Он мне дороже жизни любого человека.
– Οлдвен, будь благоразумен!
— Нет, я сказал!
— Тогда я убью её, — видя, что её план под угрозой, вскричала Мэнора, и я поняла — пора действовать.
Это было не сложно, главное — вовремя отстраниться, когда нож дёрнулся, а потом выпал из безвольной руки, а сама женщина обмякла и сломанной куклой рухнула на стоящий между нами стул. И теперь уже не она меня, а я держала её за запястье, контролируя ситуацию.
— Дина! — король в два шага подбежал и крепко обнял меня. — Ты в порядке?
— В полном, — кивнула в ответ, поскольку ранку уже залечила полностью. — Я контролировала ситуацию.
— Что с ней? — мужчина кивнул на лежащую без движения Мэнору. Лишь едва заметное движение грудной клетки показывало, что она жива.
— Кровоизлияние в мозг. Небольшое, просто чтобы выключить. Я всё контролирую, и если оказать ей помощь, то она полностью восстановится.
— А если не оказать? — уточнил король.
— Вряд ли. Но на здоровье может сказаться — с памятью проблемы могут быть, с речью, парализовать может. Или пройдёт без последствий. Мне просто нужно было, чтобы она отключилась и при этом не успела рукой дёрнуть и перерезать мне горло. Казнить — это уже не моя задача.
— Казнить? — Олдвен в ужасе перевёл взгляд с жены на меня, потом на брата.
— Твоя жена организовала покушение на меня, по её вине моя жена погибла, а сын стал калекой. Даже чего-то одного из этого уже достаточно для казни, ты должен это понимать.
— Но… но… она же моя жена! У нас дети!
— Трое из которых ей, похоже, вообще не нужны. И она бы тебя не пожалела. Её слова, не мои.
— Но я люблю её! — выкрикнул Олдвен, потом запнулся и практически прошептал: — Любил… Как же так… Что я детям скажу?
— У меня тоже дети. Есть и будут. И я не хочу всю оставшуюся жизнь опасаться за них. Да и твоя жизнь для неё медной монеты не стоила.
— Это всё слишком для меня! — Олдвен закрыл лицо руками и буквально рухнул на стул, словно потерял все жизненные силы.
– Οлдвен, возьми себя в руки, — нахмурился король. — Хотя бы ради детей ты должен быть сильным.
— Ради детей? — принц поднял голову и зло взглянул на брата.