Хотя я помнил каждый его изгиб."
"На лавочке около дома сидел Саныч, и я присоединился к нему, задумчиво кивнув на его приветствие.
– Интересная у тебя девушка, – Саныч не любитель трепаться, и сейчас его фраза меня удивила. – И красивая.
Сосед затянулся, и я ощутил непреодолимое желание покурить.
Да, Ника красива. А вот чем она заслужила первый комплимент? Хотя, может, это вовсе и не он.
Дед сделал еще одну затяжку, а я продолжал молчать, поддаваясь ленивой атмосфере деревенского вечера. Солнце уже пряталось за горизонт, оставляя после себя бледный розоватый след.
Чем-то напоминало детство. Когда знаешь, что нужно идти домой, но не хочется. И мне сейчас тоже не хотелось. Потому что там Ника. И безумное желание наравне с одержимостью обладать ею. И никак от него не избавиться.
– Есть курить? – услышав мой хрипловатый голос, Саныч повернулся и похлопал себя по нагрудному карману в поисках портсигара.
– В сенях на столе посмотри новую пачку.
Кивнул и поднялся, открывая дверь в ограду. Ожидал, что Стешка кинется навстречу, но пес был в вольере. Странно. Вошел в сени к соседу и сгреб пачку сигарет, задумчиво оглядывая все вокруг. Как-то подозрительно чисто. Что, Ника и тут постаралась?
Вернулся к лавочке и занял привычное место, протягивая соседу сигареты.
Саныч непонимающе моргнул, а потом сунул пачку в карман следом за портсигаром, и неловко прокашлялся.
– Ужинать будешь? – приглашение прозвучало привычно. Раньше мы с Санычем часто коротали вечера в его половине дома. Смотрели футбол, даже по пиву, бывало, брали. Готовить было некогда, работа отнимала уйму времени, и я уже привык к еде, которой угощает дед.
– Спасибо, не хочется, – не соврал. Хотелось докурить и нажраться в стельку. А есть не хотелось. Сделал еще одну затяжку и машинально жевнул фильтр. – Баню топишь?
Заметил дымок, струившийся из трубы, и перевел взгляд на соседа. Тот неловко затушил свою сигарету о край лавки и, кинув на землю, растер подошвой черных галош.
– Гостья попросила.
Вот почему Стешка в вольере. Ника моется.