Ты учти одно – мы не в нашем двадцать первом веке. Здесь любовь значит еще очень много, и люди умирают за свою любовь."
"– Ага, то-то на улицах все устлано трупами – все умерли за любовь, – буркнула я в ответ, и заметила, что к нам идет Малкольм.
– Идемте, все вас жду. Стол накрыт, и мы сегодня будем праздновать ваш приезд. Маргрет плакала от радости, что вы вернулись целыми и невредимыми, а Малышка рассказала, что ты заработала деньги на боях. Это точно не шутка? – тараторил он, а мы шли за ним. – Ты покажешь мне как ты это сделала?
– Обязательно, но хочу тебя разочаровать – это получилось случайно, – пыталась остудить его пыл, но получалось плохо.
– Не скромничай, я думаю, ты стесняешься рассказать, ведь ты девушка, и такую сильную девушку могут просто не взять замуж, но я бы точно женился на тебе, – его язык «бежал» быстрее мыслей, и он уже пожалел о сказанном, когда Клер решила добавить масла в огонь своими словами:
– Ну вот, Элиза, теперь тебе нечего бояться – жених у тебя уже есть.
– Да я же не дурак, знаю к кому пришел Бернард. Он рассказал нам, что вышел из Плимута через несколько дней после нас, но все, что он знал, что это место недалеко от Квебека, и прошел мимо по горам. Если бы он спустился в долину, то обязательно заметил бы нас, – его рот не закрывался до нашей летней кухни, где Маргрет сейчас обнимала Барбару и Малышку поочередно, усевшись между ними.
– Какой прекрасный стол, – похвалила я девушек. Пэвэти принесла к столу много рыбы с огня, а Малышка разлила по кружкам виски.
День был хорошим, и все решили сделать выходной. Мы купались, валялись на солнце, смеялись, рассказывая о нашем путешествии, а вечером, после коллективной поливки огорода за ранним ужином мне пришлось рассказать историю, в которую я попала.
Спать мы укладывались рано, разложив все привезенное в недостроенном пока доме. Малкольм сколотил клетку для кур, которые в пути и в первый день пребывания в своем новом доме порадовали обитателей яйцами.