"
"Всего то и надо было плотно закрыть пленку, плеснуть на камни воды, и вуа-ля, парьтесь как белые люди! Бернард не понимал зачем нужно прогреваться перед тем как начинать мыться:
– Там же можно задохнуться, там не будет воздуха, Элиза, – гундел он, но колотил конструкцию в полтора метра высотой.
– Не задохнешься, я же не задохнулась, – смеялась я, еще больше приводя его в замешательство.
– Где ты этому научилась?
– Потом расскажу, Бернард, я обещаю, что настанет время, и ты все узнаешь.
– Ну хорошо, только я очень надеюсь, что ты сделаешь это раньше того момента, когда я умру в этой вот постройке, – не унимался он со своими страхами.
– Я научу тебя, и ты еще будешь благодарить за эту роскошную процедуру. Особенно после тяжелой работы, – давала я ему надежду на совместное времяпровождение, но пока не представляла – как это может получиться, и понравится ли ей.
По центру мы сложили большой каменный очаг, на который можно было поставить самый большой котел. Внутри могли уместиться человек пять.
– Лиственницы летом будут отгораживать постройку от озера, так что и летом здесь можно будет скакать голышом прямо в воду. А зимой я не думаю, что на озере сможет кто-то спрятаться – все как на ладони, – любовалась я видами, и представляла каким станет озеро, скованное льдами.
– Голышом? В ледяную воду? – все сильнее не доверял мне Бернард, но его топор не умолкал.
Мне было не привычно, что обо мне заботится мужчина – Бернард замечал мое настроение, не давал заниматься тяжелым трудом, как и другим девушкам.
Я все больше понимала, что в этом мире у нас бы ничего не вышло без мужчин, и всегда улыбалась, вспоминая девушек, помешанных на крайнем феминизме. Вот бы вас сюда, дорогие вы мои, это самый лучший опыт для тех, кто чрезмерно самодостаточен.
А еще, наша с Клер жизнь стала осмысленной.
– О чем думаешь? – спросила меня Клер. Она пришла с горячим чаем к нашей будущей бане, пока Бернард отлучился помочь Джейкобу.
– О том, что у меня поменялись ценности, о том, что у меня больше нет глупых стахов.