Просто не мог себя контролировать. Облизал сладкую кожу шеи, пробуя аромат на вкус, выводил кончиком языка узоры. Спустился к ложбинке между грудей.
Я понимал, что творю нечто непозволительное, что не контролирую себя и свою внутреннюю сущность. Дракон ревел и рвался наружу, в паху тянуло и резало. Я же сейчас на неё наброшусь: настолько сильно было желание, что будил во мне ее аромат. Вот я уже распахнул простынь на её груди и припал губами к темной вишенке соска. Ариадна тихо простонала. Этот звук взбудоражил до глубины души, прошелся ударами электричества по позвоночнику.
– Нет, пожалуйста, нет, – она вдруг обняла себя руками. Было решил, что она проснулась, но глаза еще были закрыты. Она забилась на кровати. – Не трогай меня, пожалуйста, – взмолилась она жалобно, слезы брызнули из её глаз. В этот момент глаза открылись, она вскрикнула, подскочила. Отстранился от неё, пытаясь привести мысли в порядок. – Декан, что вы делаете? – получше запахнула на себе простынь. – Вы… вы трогали меня?! – в её голосе невероятным образом перемешались смущение, возмущение и удивление.
– Я просто перенёс вас на кровать, адептка, – она смотрела недоверчиво, оглядывала мою спальню. – Не волнуйтесь, Шеридан, ваши сомнительные прелести меня не привлекают. Или я вас не так понял, и вы желали, чтобы я потрогал вас? – улыбнулся натянуто, надеясь, что мой фарс не столь заметен.
Вдали от неё, не ощущая запаха, стало легче, хотя так и подмывало вновь приблизиться, вдохнуть её пьянящий аромат. За этой мыслью потянулась вереница других образов, непозволительных, развратных, но таких притягательных.
– Как вы себя чувствуете? – она не ответила. Отпустила покрывало, отчего то сползло вниз, обнажая полные высокие груди и тонкую талию. Это приглашение? Она немного неловко поднялась с кровати. Теперь моему взору предстали изящные бедра, треугольник рыжих волос и длинные стройные ноги. Она очень красива.
– Что вы так смотрите, декан Шейран? Вас же не привлекают мои сомнительные прелести, – дернулся, как от удара.
Она невозмутимо прошла к шкафу, раскрыла его створки. Не мог оторвать взгляда от аппетитных ягодиц, пока их не закрыла ткань темно-синей рубашки, что она на себя накинула. Между прочим, выбрала мою самую любимую. Синий прекрасно оттенял волосы, делая их цвет ещё ярче.