– Осталось совсем чуть-чуть! Он на крючке… Да-а, Горошкина, ты в образе мадам Грохольской делаешь просто фантастические успехи! Если честно, не ожидала… Сколько дней прошло с вашей первой встречи? Думаю, не сегодня завтра он признается тебе в любви!
Я покраснела, а Ксеня продолжала трещать:
– У меня даже есть план, как все для вас обустроить… ну, чтобы сблизить…
– И как же? – заинтересовалась я. Вообще-то мне безумно хотелось снова… хм… сблизиться с Димой.
– Романтический ужин! – торжественно заявила Ксеня.
– Ты с ума сошла?
– Почему же? Приготовишь какое-нибудь коронное блюдо, зажжешь свечи…
– Коронное блюдо? – перебила я. – Бутерброд с докторской колбасой?
– Ну, ты уж, Горошкина, постарайся! – рассердилась Ксеня. – А раз назвала Настин адрес – квартира в твоем распоряжении… Она как раз в стиле Грохольской. Там так уютно… Чудик будет обворожен тобой, обстановкой, вкусным ужином…
– И моим враньем! – подсказала я. – Как тебе, Димочка, паста? Понравилась? Ой, кстати, мы сидим в чужой квартире, а я на самом деле не Грохольская, а…
– Волан-де-Морт! – захохотала Царева.
Хочу! Очень хочу! Только теперь боюсь оттолкнуть Диму обманом. Странно корчить из себя кого-то лучше, чем ты есть на самом деле. Придумали эту Грохольскую ради шутки, и кто ж знал, что я всего за несколько дней… западу на Диму? Эх, все должно было быть наоборот!
– Не вздумай говорить! – предупредила Ксеня.
Я промолчала. Ха! Пусть Царева сама к своему эксперименту готовится. А я все равно наберусь смелости и все Диме расскажу. Я даже повеселела от этой мысли. Хотя… еще неизвестно, как он воспримет.
Смену моих настроений заметила Царева.
– Да ладно тебе, Ален, ты слишком драматизируешь… Судя по вашим приключениям, он еще тот авантюрист! Потом все ему расскажешь, и он войдет в твое положение…
– Думаешь? Ксень, боюсь его разочаровать… Сам он такой искренний…
– Тогда он просто какое-то волшебное исключение, – проворчала Царева.
– Чего это он отморозок? – оскорбилась я, вспомнив парня, с которым встречалась. Конечно, не предел девичьих мечтаний, но мы провстречались целых полгода. Правда, ни родителям, ни друзьям мой бывший особо не нравился.