Чистокровная эльфийка? Что она делает в Лукаше?
Стэндиш тоже удивился и деликатно спросил:
– Что вы делаете одна ночью в таком районе?
Леди мило улыбнулась ему и капризно ответила:
– Человеческие слуги так непостоянны! Бросили меня здесь, до ворот не довели. А для меня должны были выкупить комнату в гостинице.
Святой предложил даме руку и помог подняться. Эльфийка рассыпалась в благодарностях. Ее заинтересованный взгляд скользнул по ушам Шона, а затем переместился на меня. Я ожидала чего угодно, но не того, что синие глаза незнакомки изумленно распахнутся, а ладонь коснется моего лба.
– Какая красота! – восхищенно сказал она. – Почему ты еще не проснулся? Цвети.
Последнее слово она произнесла на эльфийском. Внутри меня будто вспыхнул огонь. Я невольно прижала руки к груди, пытаясь понять, что происходит. И только потом догадалась взглянуть на золотую искру, которая все время спала у меня внутри. Точнее, раньше спала. Потому что теперь она раскрылась, подобно лепесткам цветка, и меня затопила волна странных и незнакомых ощущений.
Каким-то образом я смогла встать, но тут же пошатнулась. Винсент не дал мне упасть. Тут же оказался рядом и придержал за плечи. Мне хотелось кричать одновременно от восторга, боли и негодования. То, что творилось у меня внутри, было прекрасно. Но жжение в груди было нестерпимым, и одновременно с этим подкатывала дурнота.
Мы направились вверх по улице.
Когда мы проходили мимо Свиного переулка, я вспомнила про Рика и нашла в себе силы попросить:
– Пойдемте этой дорогой, я тут, кажется... Обронила кое-что.
Если Святой и удивился, то не подал виду. Улица оказалось пустой. Мальчишка уже ушел. Я вспомнила его взгляд, это наивное предупреждение о том, что здесь нет нежити. Кто он такой? Что-то здесь нечисто.
С эльфийкой мы распрощались у ворот. Напоследок та еще раз заинтересованно посмотрела на меня, махнула рукой Святому и загадочно сказала:
– Увидимся на балу.
Увидимся на балу? Интересно...
– Кажется, мы спасли какую-то большую шишку, – озвучил мои мысли Ястер.