– Хорошо, что вы собираетесь навестить старую Маргарет, – сказала Джин, имея в виду обитательницу деревенского коттеджа. – Она и ее Сэм прожили вместе больше сорока лет. Его смерть всех неприятно удивила. Он казался несокрушимым.
– Что с ним случилось? – спросила леди Энн.
– Вчера он таскал дрова и попросту упал замертво. Ему было намного больше семидесяти.
Они въехали в деревню, где все прохожие вежливо здоровались с ними. Анабелла называла всех по именам и улыбалась каждому. Мать была поражена любезностью дочери, тем более что людей в деревне было много.
Когда ножки графини Дун коснулись земли, послышался странный звук. Анабелла ахнула, потрясенно глядя на лужу, в которой стояли ее туфельки.
– Пресвятая Дева! – воскликнула она. – По-моему, я рожаю! Слишком скоро! Матерь Божья! Я чувствую его! Чувствую!
Женщины взяли Анабеллу за руки и увлекли в коттедж, не обращая внимания на перепуганную старую леди.
– Матерь Божья, – эхом откликнулась она на слова Анабеллы. – Я вижу головку! Ребенок вот-вот родится!"
"– Мы должны доставить ее в замок! – вскрикнула леди Энн, вспомнив о хорошо выскобленном родильном столе, перьевом валике, пуховых подушках для плеч и головы дочери и приготовленной колыбельке.
– На это нет времени, – покачала головой Джин.
Анабелла громко застонала от боли.
– Маргарет, – приказала Джин, – нам нужна горячая вода и чистые тряпки, если у тебя есть.
Маргарет кивнула и заковыляла по комнате, собирая все необходимое, и даже добавила отрезок ленты из шкатулки со швейными принадлежностями.
– Чтобы перевязать пуповину паренька, – пояснила она.
Джин и леди Энн быстро раздели Анабеллу до сорочки, которую Джин немедленно задрала, обнажая огромный вздувшийся живот хозяйки.
– Согните ноги в коленях, чтобы я видела, что происходит.
Она присмотрелась внимательнее.
– Мария благословенная! Малыш вот-вот родится! Можете натужиться, Анабелла?
– Пресвятая Матерь Божья, если я этого не сделаю, боюсь, просто лопну! – воскликнула Анабелла и натужилась со всей мочи.
– Еще раз! И снова! – велела Джин. – Вот и ребенок! У нас девочка!
Она подняла окровавленного младенца, который громко закричал.